— Между тем дело, с которым я пришел, не терпит отлагательств, — демонстративно громко заявил Ферран, услышавший слова девушки. — Да и времени у меня немного, пока не хватились в Шато-Де-Солиммар.
— Теперь все на месте. Говори, Ферран, — кивнул Орсэль.
Маг прокашлялся.
— Братья и сестры, у меня действительно плохая новость, — начал он. — Завтра, как нам всем известно, праздник Явления. В этот день в приорате Трезеньеля обычно объявляют, состоится ли чья-либо казнь в праздник Верного Тибо, и оглашается имя. Так вот, я узнал, чье имя будет названо, — Ферран сделал театральную паузу, давая слушающим время осмыслить сказанное. — Это бродячий магистр Руфус Веллий. Он сидит в камере на цокольном этаже Башни Успокоения и завтра ему объявят о казни.
После этих слов все присутствовавшие повернулись к Андри. Почувствовав на себе взгляды товарищей, целитель застонал и закрыл лицо руками. Он просидел так несколько секунд, но потом, наконец, поднялся.
— Простите, мне надо уйти, — глухо сказал маг. Его голос звучал надтреснуто и в тот момент показался чужим даже ему самому. — Но будьте уверены, я этого так не оставлю.
…Андри едва заставил себя выждать пару дней, прежде чем сам пришел к Орсэлю и попросил снова собрать Ковен на завтрашний вечер. Старый чародей внимательно и с беспокойством посмотрел на Андри.
— Я хочу говорить перед всеми, — сказал целитель. — Прошу, дай мне эту возможность.
Орсэль только молча кивнул.
Когда следующим вечером все снова собрались, Андри вышел вперед.
— Братья и сестры! — произнес он. — Вы все знаете о том, какая судьба ждет моего учителя, магистра Руфуса Веллия. Ему почти восемьдесят. Мой наставник всю жизнь спасал детей с магическими способностями, лечил людей и учил тому же своих подопечных. Он никогда в жизни никому не сделал зла. Видит Единый, я очень надеялся, что Орден пощадит его и не станет устраивать такую позорную казнь для беспомощного старика. Мэтр Руфус не заслужил ничего подобного. Но приор не пожалел его. Поэтому я считаю своим долгом хотя бы попробовать устроить учителю побег. Я два года пытаюсь найти помощь и все это время поиски не приносят результатов. Поэтому я решился действовать в одиночку. Я никого не прошу поддержать меня, я знаю, что иду на верную смерть. Думаю, что сегодня мы с вами видимся в последний раз. Возможно, я был вам не самым хорошим товарищем. Возможно, кто-то из вас считает меня трусом и думает, что я не поддерживаю ваши попытки бороться исключительно ради заботы о своей шкуре… Но если мой учитель умрет на виселице под гогот ликующей толпы, мне не нужна будет никакая свобода. Поэтому я просто пришел к вам, чтобы попрощаться.
— У тебя должен быть какой-то план, иначе все это не имеет смысла! — воскликнул Ферран. — Не пойдешь же ты прямо через ворота!
— У меня есть план, — Андри повернулся к Феррану. — Я изучил архитектуру цитадели Шато-Де-Солиммар и обнаружил там одно слабое место. В западной стене есть небольшая калитка, черный ход, которым пользуются слуги. Выломать ее можно огненным шаром, это не составит особого труда. Потом я постараюсь проникнуть внутрь. Скорее всего, мне придется применить запрещенное заклинание и сломать волю тюремщика, чтобы тот открыл дверь камеры, где держат учителя. Если нет, попробую проплавить дыру в стене Башни Успокоения и так проникнуть внутрь. Я думаю, что нас не выпустят живыми. Тогда я просто убью учителя и себя, а заодно постараюсь забрать с собой в Чертоги Единого как можно больше рыцарей, — Андри усмехнулся. — Хорошо бы было прихватить и сэра Джерольфа Д’Антильи, но готов поспорить, что сам он в пекло не сунется. Я пойду туда ночью с тридцатого гриара на праздник Благословения. Этого они точно не ждут.
Маги молча смотрели на Андри. Внезапно Скайлар подбежала и порывисто обняла его. Потом подошел Арман и пожал ему руку. Мэтр Орсэль встал со своего места и обнял Андри за плечи:
— Мой мальчик… Ты уверен, что магистр Руфус действительно хотел бы именно этого?
Целитель покачал головой:
— Нет, мэтр. Но додумывать за других то, чего они, возможно, хотели бы, это отличное оправдание для трусов. А я устал от оправданий.
— В таком случае, Андри, может быть, ты и прав, — Орсэль крепко обнял молодого мага.
За ним потянулись прощаться остальные. Последним подошел Ферран. Целитель украдкой бросил на него взгляд, и ему показалось, что шпион прячет довольную улыбку. Ловушка сработала.
Вечером того же дня, когда Андри зажигал фонари перед дверью лазарета, к нему пришли Арман и Скайлар. Маги шли, держась за руки, как дети, и то и дело оглядывались по сторонам. Целитель молча распахнул перед товарищами дверь, впуская внутрь.
— Андри, я и Арман идем с тобой, хочешь ты этого или нет, — прямо с порога заявила Скайлар. — Мы все решили.
Целитель остолбенел:
— Вы оба обезумели?! — воскликнул он, наконец.
