Не веря своим глазам, он выронил своё оружие. Ненароком схватившись обеими руками за дымящуюся клешню Существа, палач с диким криком упал на колени, почувствовав жуткую боль, охватившую его ладони, от которых пошел пар.
- Ты станешь моим десерто-о-м, - прохрипело Дитя Ночи, и желая завершить начатое, скинуло с головы капюшон.
Взору мышей, тех кто еще не потерял связь с реальностью, предстала ужасающая голова с гигантскими ушами, окровавленной мордой и торчащими клыками. Чей дикий, нестерпимый писк, заставил всех зажать уши, а Посланника Наместника и вовсе лишиться остатка рассудка.
С истошным криком и расширенными донельзя от ужаса глазами, не в силах что-либо сказать или сделать, он кинулся со всех ног бежать прочь от Существа. Но от Дитя Ночи было не так просто уйти.
Расправив крылья, Оно вспорхнуло в небо и исчезло следом за беглецом.
Лишь самые стойкие, а именно Фортис, Артен, Церий и Мэс, смогли увидеть финал ужасающего зрелища, что предстало нынче перед их глазами. Остальные же попросту потеряли от страха сознание, и валялись на земле.
Но даже когда Невидаль исчезла, никто из «ровно дышащих» даже не пошевелился, боясь, что Оно вернется за ними…
- Похоже брат, на этот раз ты перестарался, - не скрывая широкой улыбки, прошептал Афин, когда Дитя Ночи оказалось чуть в стороне от того места, где застыли словно камень немые зрители «сценки», что устроили ребята.
- Ты думаешь?! А по мне - всё прошло как нельзя лучше, - усмехнулся Марк, слезая с плеч друга, на которых покоился вместе с бывшим пленником грота.
- А я - как вам моя игра?! – пропищал он тихо за спиной мышонка, к которому был привязан веревками, чтобы не упал.
- Ты молодчина, без тебя нас бы всех ждала погибель! – отвечал озорник, скидывая с себя пустые тканевые мешки, из которых на землю закапала вода.
- Молодец-молодец, - протянул к нему ладонь Марк и погладил по голове.
- Дитя Ночи… Ха! Здорово придумано, брат мой! - принялся отряхиваться мальчик от углей и головешек, которые отлично изобразили то, что от него осталось после «пиршества» беспощадного Существа.
- Вы уж извините, что мой полет был столь коротким. Летать с вымоченными крыльями…
- Крыльями?! Вот как они называются, - перебил его Афин, вмиг позабыв про всё и вся.
- Да, это крылья. А сами мы именуемся – летучими мышами!
- А имя то у тебя есть, мышь ты наша летучая?! – улыбнулся ему озорник, накидывая на себя рубаху, которая совсем недавно «сыграла» горб брату.
- Мое имя – Ксиксилий.
- Отлично, Ксил! Спасибо тебе!
С этими словами мальчик аккуратно пожал ему когтистый палец, не зная можно ли касаться его хрупких на вид крыльев.
- Пожалуйста! – ответил вежливый Ксил, размерами не больше обыкновенных мышей двухгодовалого возраста.
- Марк, Ксил - подождите здесь, а я пойду приведу в чувство наших. А то они так всю ночь пролежат, не пошевелившись…
- Афин, твоя спина! - остановил его благородный порыв друг, приметив кровь, что начала проступать сквозь рубашку.
- Ничего, сейчас ночь. Я постараюсь не поворачиваться к ним спиной, - ответил мышонок, и кинулся в заросли.
Не успел Марк сделать и шаг, как позади раздался тихий шелест, и внезапным порывом ветра его чуть с ног не сшибло.
- Ма-ма! - тут же кинулся Ксил к матери, почти бесшумно спустившийся с небес.
Обхватив его обеими крыльями, Теофилисия нежно обняла сына и поцеловала в лобик.
- Привет, - потирая глаза, поднял руку мальчик. – Простите, что пришлось…
- Не извиняйся, я всё слышала, когда летела сюда… Это мне нужно просить у вас прощения за то, что не подоспела вовремя и не остановила бой!
- Ваш сын, спасен, мои друзья живы! Думаю, мы в расчете…
- Нет, Марк! – резко перебила его летучая мышь. - То, что ты сделал, просто не имеет цены. И я… Нет - Мы оба, крайне благодарны всем вам. Если в будущем понадобится моя помощь, только шепни моё имя.
- Филис, можно мы будем называть тебя так? А то имя Теофис – не очень понравилось твоему сыну, - улыбнулся мышонок сквозь боль, что стала возвращаться.
- Дитя Ночи, мы никогда не забудем то, что ты сделал для нас! Спасибо тебе! – расправила мать крылья, и схватив сына в зубы, исчезла в ночи.
- Да-а, к долгим прощаниям она не приучена, - потер глаза мальчик, и уже ничем не обремененный, последовал за Афином…
- Па-па! – как из неоткуда выскочил из глухой чащи леса рыжий мышонок и кинулся обнимать Мэса.
В первые мгновения старик не понял к кому он обратился, но встретившись с ним взглядом, не раздумывая обнял «сынишку».
«Па-па, как я рад, что ты жив и здоров!
Когда ты пропал, мы с мамой с ног сбились, пытаясь поднять со своих насиженных мест здешних солдат.
И вот, только сегодня, нам выделили отряд стражников. Они идут следом…
Но я просто не мог больше ждать, и услыхав дикие крики неподалеку, кинулся вперед. И – о, Чудо! Мы нашли тебя! Нашли!»
Щебетал Афин, отлично изображая любящего сына, который не видел отца долгое время, день и ночь беспокоился о нём, и вот наконец - снова обрел.
Церий, недоумевая, посмотрел на мышонка. А когда увидел, как на его спине проступает кровь, парня осенило, и он быстро поднялся на ноги.
