– Уже удрал. – Не уяснивший до конца, что именно произошло, Гунтер пожал плечами. – Без лошадей не догоним, да и с ними тоже… Думаю, это был один из людей женушки дуврского констебля или личный соглядатай проклятого Лоншана!
– Господи! – Сэр Мишель побледнел и резко обернулся. – Что с Годфри?
Смятение во дворе постепенно улегалось. И в первую очередь потому, что святейший архиепископ остался жив, получив лишь при падении наземь пару хороших ушибов. Прихрамывающий Гай то сердито рявкал на окруживших Годфри плотным кольцом рыцарей и лучников, то огорченно косился на издыхающую на земле гнедую. Как видно, кинжал перешиб лошади большую жилу на шее. Монахи и гости странноприимного дома жались к стенам монастырских построек, не осмеливаясь подойти к ощетинившемуся железом кольцу военных. Обезоруженные фрисландцы стояли кучкой подле крыльца лазарета обители и перебрасывались короткими оценивающими фразами на своем варварском языке.
– Господи Боже, – выдохнул сэр Мишель, первым догадавшийся подойти к лежавшей посреди двора лошади Гая и осмотреть оружие убийцы, рукоять которого торчала из шеи гнедой. Рыцарь схватился на кинжал, выдернул его, оттер окровавленное лезвие о шкуру издыхающего коня и поднес оружие к глазам. – Не может быть…
– Что такое? – нахмурился Годфри, не выглядевший, однако, испуганным, а Гунтер с любопытством заглянул через плечо норманна.
Клинок выглядел на непросвещенный взгляд человека, не привыкшего к холодному оружию, самым обычным образом. Кованый длинный прямой кинжал почти без гарды, рукоять обернута полоской черной дубленой кожи, и, видимо, залита свинцом для лишней тяжести. Ничего интересного…
– Клеймо, – зачарованно проговорил сэр Мишель, касаясь пальцем лезвия, и повернулся к держащемуся за ушибленное плечо архиепископу. – Милорд, не стоит ехать в Дувр, и даже в Кентербери задерживаться я бы не посоветовал. Видите птицу, сидящую на полумесяце?..
– Пресвятая Дева и святой Бенедикт! – Годфри ахнул и, забрав левой рукой кинжал у сэра Мишеля, рассмотрел оружие внимательнее. – Откуда они здесь? Почему пытались убить меня?
Все встало на свои места. Клеймо исмаилитов неопровержимо доказывало, что фидаи смогли проникнуть на Британские острова и начали действовать. Гунтер, стоявший рядом с раскрывшим рот Гаем, который знал о письмах короля Гвидо ничуть не хуже сэра Мишеля или германца, подумал, что Годфри все-таки зря блеснул истинно епископским ораторским умением, объявив себя наместником Англии. Невероятно, но посланный неизвестным христианским князем наемный убийца-сарацин сумел проникнуть в монастырь и оказался тут именно сейчас. А может быть, Мессир, издали наблюдавший за происходящим в обители, специально приехал посмотреть, как убьют нового архиепископа? Ох, спасибо пугливой лошадке Монмута!.. В таких случаях нет веры в случайность. – Едем в Кентербери, – быстро и жестко сказал Годфри. – Сэр Гай, возьмите другую лошадь. Шевалье Ланкастер, Гисборн вам отдал бумагу с приказом о назначении вас временным констеблем Дувра? Да? Разрешите подписать и поставить мою печать.
За час до полудня из ворот монастыря Святого Мартина выехали две группы всадников. Первый отряд, поменьше, из семи рыцарей и двух десятков солдат под вымпелом герцогов Ланкастерских, на перекрестке свернул налево, к Дувру, второй, покрупнее, галопом направился по лондонской дороге к Кентербери, а затем дальше, к столице.
Ехавшие рядом с уставшим и молчаливым архиепископом Гунтер и сэр Мишель прекрасно знали, что, опережая их на лигу-полторы, к Лондону скачет одинокий неприметный всадник, на самом деле являющийся членом одной из самых жестоких иноверческих сект; человек, для которого убивать столь же естественно, как для прочих – дышать.
– Удивительно, как все хорошо получилось, – говорил принц Джон Годфри, одновременно улыбаясь и помахивая рукой ликующим горожанам, запрудившим всю набережную Темзы, ведущую к Тауэр-бриджу. – Вы благополучно добрались до столицы, ваше высокопреосвященство. – Улыбка принца стала чуточку более ехидной. Каково ему, законному сыну короля, называть сводного брата, бастарда, первейшим титулом английской духовной власти и знать, что Годфри, а не он, получил от Ричарда неограниченную власть над страной? – Стража города сразу перешла на нашу сторону, дворяне и простолюдины счастливы, канцлер трусливо сбежал…
– Поймаем, – поморщился Годфри. – Пусть грешно так говорить, но прошедшие сутки были для меня самыми кошмарными за последние двадцать лет, хоть и провел я их под защитой церкви…
Процессия, сопровождаемая повсеместным восторгом и приветствиями, миновала южную часть Лондона, приближаясь к Тауэру. Как ни радовались жители столицы приезду законного владыки и предстоятеля Церкви, в толпе изумленно перешептывались – мол, почему светлейший принц и архиепископ окружены таким огромным количеством вооруженной стражи с обнаженным оружием? Никто после долгого правления канцлера Лоншана, буквально ограбившего страну, не осмелится даже косо посмотреть на понтифика Англии Годфри, а уж тем более обидеть его словом или делом!
