- Текано хорошо бы отдохнуть до завтра, - сообщил он нам. - Он потратил слишком много сил на беседу, и сегодня я ввёл ему "пружинку" раньше обычного.
Мы поднялись.
- М-387, - сказал я, выходя из комнаты, - передай, пожалуйста, Текано, что мы навестим его завтра в это же время.
- Конечно. До свидания, - проговорил приятный голос, и М-387 три раза мигнул нам зелёной лампочкой на прощанье.
- Какой удивительный юноша! - воскликнул я, когда мы вышли. - Чистый и беспомощный. Как бы ему помочь?
- Я знаю как, - загадочно осветила меня улыбкой Дарима. - Но пока оставлю это при себе, я думаю, скоро у тебя представится возможность всё увидеть самому.
Меж тем на улице уже темнело, мы связались с Креем Зоннером и спросили, где можно остановиться. Общаться уже ни с кем не хотелось, и мы проследовали в указанный нам гостевой дом. Немного молча посидев друг с другом за чаем, мы начали готовиться ко сну.
- Дари, - тихо прошептал я, когда мы выключили свет. - У этого парня гигантский потенциал, надеюсь, нам удастся что-то сделать.
- Да. Просто он потерял себя, и в его богатом чернозёме нерастраченных возможностей так и не проклюнулось рациональное зерно созидания...
Я собрался уж было засыпать и перевернулся на другой бок, но тут в голове моей начали проступать очертания одной мысли. У меня всё не укладывалось в мозгу: такой сознательный, такой решительный, столь многое хотел сделать, но оказался в городе немощных инвалидов, за которыми ухаживают роботы. Наконец, я не выдержал:
- Дари, Дари, - позвал я, - ты не спишь?
- Да нет, мой друг, ещё нет...
- Ты не знаешь, а Пружинная Эпидемия хорошо изучена? - облёк я в слова долго вертевшееся в уме. - Что там по этому поводу говорил Крей?
- Он говорил только, что она неизлечима. Но самое главное сейчас не это. Самое главное, что Текано не болен!
- Как же это?! - я даже подскочил на кровати. - Мы же сами видели...
- Да, Крей говорил, что болезнь прогрызает человека до костей, но хоть я и видела других больных только издали и не могу в точности сравнивать, у меня возникла уверенность, что Текано можно вытащить. У него эта зараза ещё только на начальной стадии - он охотно пускает к себе чужих и рассказывает сокровенное первым встречным. Остальные здесь уже вообще не способны ни на какие контакты. Так что у нас ещё есть шанс помочь ему.
- Расскажи же! - попросил я ещё раз.
- Сейчас пора спать, - Дарима крепко сжала мою ладонь. - Завтра мы обязательно навестим его.
И вот мы снова в знакомой комнате.
- Здравствуйте, Минжур и Дарима! - радостно произнёс Текано и поднялся нам навстречу. А я уж думал, вы больше не заглянете после такого.
- Ну что ты, Текано! - Дарима подошла к мальчику и взяла его за руки.
- Я в прошлый раз слишком много говорил, а вы всё больше молчали... Расскажите мне, пожалуйста, о ваших экспериментах, - попросил вдруг юноша. - Вот если бы я знал о таком Институте как ваш, то, может, тоже выбрал бы себе путь учёного, и кто знает тогда, как бы сложилась моя жизнь.
- Наш институт лишь доказывает наличие причинности, но не разрабатывает и не выкапывает ничего принципиально нового, - объяснил я вкратце. - Да и ведь в прошлый раз ты говорил, что знал семью кармиков и ничего хорошего об этом сказать не можешь.
- Говорил, - согласился Текано. - Но всё это больше от собственного невежества, мне в то время всё это представлялось какими-то древними культами.
- А сейчас? - спросила Дарима.
- Хех, - выдохнул Текано, - поверьте, мне всё ещё много чего интересно, в том числе и это. Но заинтересованность моя длится теперь несколько минут, а затем всё куда-то утекает, растворяется, пропадает... Как мне страстно хочется заинтересоваться, захотеть так, чтобы уже не терять этого желания! Я перестал верить в ад и рай, потому что понял, что нигде не может быть хуже, чем здесь, в этом теле...
- О, малыш! Я могу показать тебе путь, который приведёт тебя к полному освобождению от страданий, - сказала Дарима проникновенно. - Хочешь, я расскажу тебе о нём? Но встанешь ли ты на него, зависит только от тебя самого.
- О, я жажду этого больше всего на свете! - воскликнул Текано и судорожно сжал ладонь Даримы, которая всё ещё держала его руки.
- И я заодно послушаю, - сказал я, - придвигаясь ближе к остальным.
