- Когда отморозишь пальцы на ногах, нельзя их в тепло сразу, нужно изнутри отогреваться чаем или еще чем, а ноги в прохладе держать, пока сами не отойдут. А то клетки нервные отмирают. Не спрашивай, откуда знаю об этом, - мрачно.
- Откуда?
- Белов, блин! Не скажу я тебе ни за что! И так много обо мне знаешь. Лишнего.
- Ты каждый год, что ли, в больнице лежала?
- Иногда по два и по три раза. Поэтому меня сладким и закармливали, жалко же ребенка, и так не везет по жизни, - она снова надувает щеки и растопыривает руки, будто у нее живот как у Марии Игоревны, вредной тетки Кустовых, необъятный.
- Ну, ты даешь.
- Нарвался не на женщину, а на катастрофу. Те еще гены, знаешь ли.
- Могу поспорить, кто из нас ходячая катастрофа.
- Воспаление почек, удаление аппендицита, аллергия на пыль, сильный мороз и сорную траву, а так же передний верхний зуб слева - коронка. В пятом классе упала, и кусочек откололся, - с вызовом.
- Твою ж мать! - Она так рассказывает с гордостью, что уже смеюсь в полный голос: - Да ну нафиг, Вера. У тебя есть фотография, где ты толстая, в очках, скобками и без зуба?
Она тоже смеется:
- О нееет, - грозит мне пальцем. - Даже и не надейся, хватит того, что ты уже видел. У меня и так подозрение, что я на испытательном сроке, - тянется и целует меня в висок, мягко обнимает лицо, едва касаясь пальчиками, чувствую ее мягкие губы на лбу, переносице, на щеке.
- Сейчас в душ схожу.
- Опять кошмар, да? - шепчет, в голосе вновь сквозит тревога. Киваю, впрочем, надеясь, что в темноте не видно.
- Расскажешь, о чем?
Прости, но лучше умру. Чувствуя, как качаю головой, отвечает:
- Если захочешь, то не стесняйся. Ты можешь доверять мне.
Еще чего. Себе-то не доверяю. Что ж ты делаешь, Вера, зачем продолжаешь так хорошо ко мне относиться. Я ж влюбился в тебя, красивую, сильно, каково потом будет отвыкать от твоего внимания, если придется?
Понимая все это, продолжаю форсировать наши отношения, потому что не могу отказать себе в этом. Потому что действительно счастлив с ней, такой нежной, открытой и всегда доброй по отношению ко мне. Я еще не встречал женщин настолько добрых, и дьявольски льстит, что ее мягкость, красота и простая человеческая забота только для меня одного.
Как жаль, что каждый из нас лежит под своим одеялом. Но вместе под одним узким нам нельзя, и мои сны отлично визуализируют, почему. Через минуту засыпаю, позабыв о кошмарах и ду́ше, чувствуя лишь ее поглаживания по голове, рукам, зная, что ни за что не забудется и не причинит мне боль.
Мы долго думали, идти ли на День Рождения к маме, и если да, то каким составом, в итоге Вера слишком сильно перенервничала, стараясь всем угодить, и накануне свалилась с гриппом. Ну а так как я ее целовал, не реагируя на предупреждения о заразности, весь праздник мы с ней провалялись в постели, едва живые, с зашкаливающей температурой.
Мама сильно расстроилась, но пожелала скорейшего выздоровления нам с ней по отдельности в двух разных телефонных разговорах. Честно говоря, мне даже хотелось бы, чтобы она сопоставила, наконец, очевидные факты и поняла, что у нас с Верой роман. Но, кажется, родственники настолько привыкли к моему статусу - одиночка, что даже не допускают мысли, что изводящая нас с девушкой дрянь - одна на двоих.
Верина мама пришла в ужас, кричала по скайпу, что это, вероятно, какой-то новый неизученный вид гриппа, о котором кто-то из ее знакомых как раз рассказывал на днях, и нужно срочно сдаваться в инфекционку, иначе мы уже завтра помрем. Да, с ней мы, наконец, познакомились, и симпатичная маленькая полная, но шустрая женщина мне понравилась, если не брать в расчет присланный ею бесконечный список лекарств и разных средств народной медицины, которые нужно было срочно приобрести. По ее мнению. В дальнейшем обеспокоенная женщина каждые полчаса звонила с целью узнать, не умерли ли мы до сих пор.
Но против всей ее логики, мы оказались на редкость живучи.
Вера не сказала родителям, что я брат Артема. Думаю, пока это к лучшему. Ее маме и так не понравились мои татуировки, не стоит пока усложнять. Отлично ее понимаю, моим родителям они тоже не нравятся.
Врача мы, конечно, вызвали, и он выписал эффективное лечение и заверил, что смертельным исходом в нашем случае, к счастью, не пахнет.
Потянулись дни безделья, первые сутки мы только спали, потому что на самом деле ломило кости, болела голова, слабость усложняла даже прогулку до ванной комнаты. А потом смотрели фильмы, повторы баскетбольных матчей, болтали о всяких пустяках. В общем, болеть мне даже понравилось, если бы не потеря денег. Вере больничный охотно оплатили, я же упустил кучу возможностей приработка, плюс клиент по "Трахелькам" затребовал моего личного визита, чтобы проконтролировать покупку материалов и кое-какого оборудования, пришлось переносить.
