Слишком много если. Которые никак нельзя предотвратить. Если только объединять всех в одном месте… Можно выдвинуть эту идею, но… Что-то подсказывает, что остальные откажутся. У каждого найдутся секреты, которые он хотел бы сохранить.
Следующие два часа ушли на то, чтобы навести порядок. Я поднялся и первым делом доковылял до сестры. Та сидела зареванная на руках у матери и не скажу, что женщина выглядела лучше ребенка. Растрепанная, в глазах шок и ужас. Может попросить Марту наслать им спокойствие? Но счел, что это лишнее. А то мало ли как они воспримут чужую магию.
Перекинулся парой слов с Германом. Тот выглядел плохо, ещё более помятый, чем я, но живой. А это главное.
— Как же тебе так зад надрали? — подколол я его, а то воин сидел слишком мрачный и задумчивый.
— Да так же, как и тебе, походу, — выдавил он из себя черную усмешку.
— Не… Это не мне зад надрали. Сам себя ранил.
— Ещё хуже, — усмешка стала чуть светлее.
— Зато победил.
После того, как убедился, что все живы, если не считать двоих мужчин из команды отца, то отправился к грани боя. Она находилась не здесь, а чуть дальше, так что тут скорость восстановления маны была низкой. Я же хотел в срочном порядке восполнить запасы. А то чувствую себя неуютно.
Вопросы напрашивались неутешительные. Какой толк со всем моей силы, разрушительных навыков, если какой-то хрен с рогами из чужого мира может поднять меня, как щенка и отмудохать? Чудо, что гнев сработал. А это ведь было второе попадание по нему. Ещё тараны, другие навыки… Силен, очень силен. Я бой с этим товарищем разберу с помощью моделирования во всех ситуациях от и до. Пожалуй, он самый сильный из всех тех существ, которых я видел.
Да и остальная двойка хороша. Против всей нашей толпы она достойна сражалась. Да, с ними были ещё духи, но я их знатно потрепал. Откуда они взялись? Думал, что это именно воины зашли в гости к бате, но получается, среди них был призыватель? Или причина в другом? Прокрутил в голове всё, что увидел и не нашел ответа.
Что было бы, если бы сюда явилась сотня таких искателей? И с уровнем раза в два больше. Какими бы силами они обладали? А это ведь вторая по счету встреча с иномирцами за сутки. Что это? Предзнаменование грядущих проблем?
— Думаешь? — подошел ко мне незаметно целитель.
— Думаю.
— О своей слабости и том, что нас всех ждет?
— Угадали.
— Это не сложно. Угадать. Я тоже об этом думаю. Почти сразу, как стал искателем — эти мысли не покидают меня.
— Поэтому вы нас так гоняете, чтобы мы сильнее становились?
— Разве гоняю? — притворно удивился маг, — Я всего лишь направляю. Вы и без меня молодцы. Каждый стремится обрести силу.
— Чтобы выжить?
— В том числе. Я когда целителем стал, хотел помогать людям. Что и делал.
— Что изменилось?
— Ничего. Я до сих пор выхожу в народ, чтобы исцелять. Знаешь, сколько раз меня пытались поймать?
— Как то раз я видел вас возле метро. И как полиция захотела поймать. Но вы исчезли. Словно фокусник, ускользнули у них из под носа.
— О, да. Я люблю этот трюк. — улыбнулся он, — Как думаешь, твой отец закроет грань?
— Не знаю. Я говорил ему об этом, но не вижу, что он этого хочет.
— Сложный выбор, не злись на него, — понял лидер, что именно я чувствую.
— Это ведь опасно.
Самое дерьмовое, что я понимал — мое желание, чтобы отец закрыл грань — напрочь эгоистично. Я боялся, что он и сестра умрут. Но в первую очередь боялся не за них, а за себя. Что не смогу пережить ещё одну потерю. От этого честного осознания было тошно.
— И что? Предлагаешь закрыть все грани? — спросил лидер.
— А может именно в этом суть? Если каждый, кто овладеет гранью, закроет её, то этот хаос кончится.
— Сам веришь в это?
Я посмотрел целителю в глаза. У него, как и раньше, были белые волосы. До этого мне казалось, что он моложе. А сейчас я увидел взрослого мужчину, лет под сорок, у кого залегли вокруг глаз усталые морщины. Значит, бой ему тоже тяжело дался.
— Не верю. Кто-нибудь обязательно решит использовать возможности грани. А это создает две опасности. Появится супер анимал или к нам заявятся на огонек иномирцы.
— Супер анимал?
— Да, теория одного моего знакомого. Хищники жрут других хищников и тогда среди них рождается суперхищник.
— Приблизительно это уже и происходит.
— Я понимаю, — тяжело вздыхаю, — И если отбросить эмоции в сторону, то пойму решение отца, если он захочет рисковать. Но я боюсь. Боюсь, что он и сестра тоже погибнуть. Я не хочу ещё раз терять семью. Пусть и такую. С которой меня едва что-то связывает и мы знаем друг друга всего ничего.
— Тяжелый выбор. Но никто не обещал, что враги не смогут открыть грань с другой стороны. Закрывать — не решение.
— А в чем же решение? — спросил я.
— Становиться сильнее.
Это то собравшиеся здесь только и делают, — с горечью подумалось мне. Правда, по всей видимости мы опаздываем.
