У меня было много кровиВся она почернела от яростиНет у меня враговВсе они напились моей яростиТот кто посмел притронутьсяК моему белому телуБелому телу нежномуБелому телу в звездочках родинокТы кто посмел притронутьсяСтанет петь в твоём горле моя яростья ступнями тяжёлыми железными своими ступнями пройдупо пальцам твоим смевшим меня коснуться и в глаза твои поселютолпы жрущих червей и члены твои которые до сих пор испражнялисьи медленно двигались отсеку и отдам на съеденье собакеи собака обезумевшая от твоего дурного мяса побежит по степипобежит вдоль дорог спотыкаясь от бешенства в глазах её станетбешенство и пропасть и собака от истощениясобственной плотиупадёт и издохнетТак кончится жизнь твоего грязного членаВсе остальное что от тебя останетсяОставлю лежать на земле под ветромБез погребенияИ придут женщиныЧтобы мочиться на твоё телоЧтобы плюнуть на грудь твоюЧтобы пожалеть себяИ над тобой надругаться* * *Лица их из земли и древесной пылилица их желтоваты в свете заводских фонарейвсе они смотрят тысячеголовой женщинойвсе они машут нам тысячесоставной рукойИх тревога заставляет трепетать листьятяжёлых деревьевих желудки растворяют тонны картошки и мясацелым лицом все они смотрят на насИ если из глаз их слеза покатитсямы все задохнёмся от солисоль разъест нашу кожуИ если женщина потеряет хотя быодин орган своего теладругая скажет – возьми мою грудь возьми мои пальцынас так много что пота и плоти хватит на всехИ никто не заметити ни одна не скажети никто не посмеетназывать тебя ущербной* * *
