На другой день, простившись с амазонками и Марией, Сычевы и Липкина сели в коляску и отправились в Павловск. Поезд до Ленинграда уже ушел. Заночевали в гостинице, а утром отправились на вокзал. До Ленинграда добрались без всяких происшествий. Вера передала перстень и вентор на хранение дочери, а крестик и медальон оставила себе, после чего с мужем отправилась в Мурманск, к месту его службы. Ника Сычева поступила в летную школу и осталась в Ленинграде под присмотром Беты, полк которой дислоцировался в пяти километрах от города.
Поиски ключа с помощью вентора, быстро увенчалось успехом. Геологи были из Ленинградского горного института. Петр Веригин, начальник экспедиции, хранил «яйцо» дома. Встала проблема, как его изъять. С одной стороны, грабить человека нельзя, это просто неприлично. С другой стороны, ключ – собственность Веры, она купила его у дьяка в Староникольске. Получается - это уже не грабеж, а возврат собственности. Просто, обратиться к Петру с просьбой, вернуть ключ за вознаграждение тоже нельзя, возникнет слишком много ненужных вопросов и, к тому же, может навести на их след людей из клана Черный кристалл. Наконец, отбросив сомнения, обе Ники, вспомнив навыки скалолазания, темной ночью, когда хозяев дома не было, спустились с крыши пятиэтажного дома и проникли через форточку в квартиру на четвертом этаже. Найти «яйцо» с помощью вентора было совсем просто.
Хранителем ключа, отныне становилась Бета.
Внезапное нападение Германии было неожиданностью не для всех. Но столь быстрое отступление красной армии было действительно неожиданным. Ника Сычева, закончила летную школу, достигла совершеннолетия, и была зачислена в авиаполк, где служила ее тетка и тезка Ника Липкина. Обе они освоили новый истребитель Як-1, Липкина на высочайшем уровне, а племянница, не столь виртуозно пока, но очень неплохо для новичка. На этих самолетах радиостанции уже были установлены. В начале июля полк передислоцировали под Смоленск. Чтоб не путаться в именах, не только командиры, но и пилоты стали называть обеих летчиц по фамилиям. Старшую Нику уважали как опытного пилота, у которой уже около сотни боевых вылетов, а младшую просто боготворили за красоту и добродушный беззлобный нрав.
После первых же боевых вылетов Бета поняла, что немецкие летчики гораздо сильнее финских, и даже превосходят японских. Кроме того Messerschmitt Bf.109, имея примерно равные летные характеристики с Як-1, явно превосходил его в вооружении, но главное – количественное неравенство. Немцы в одиночку летали только в разведку, причем на больших высотах, а в бою их было в 2 – 4 раза больше чем наших истребителей. Полк нес потери, особенно в технике, сбитые летчики обычно возвращались.
Обе Никандры часто летали в паре, причем весьма успешно, у Сычевой уже были сбитые мессеры. Однажды, когда Липкина одна ушла в разведывательный полет, Сычева вылетела в паре с Юрием Рубинштейном. В бою под Смоленском против четырех немецких истребителей, Ника сбила двоих, остальные ушли, израсходовав боекомплект. После приземления Юрий подошел к истребителю Ники и проверил вооружение.
- В чем дело? – удивленно спросила девушка.
- У тебя остался почти полный боекомплект!
- Да, а что?
- Ты сбила двух мессеров двумя очередями, а больше не стреляла. Почему?
- Я не могла поймать их в прицел. Просто не успевала.
- Ты экономишь боекомплект?
- Нет.
- Я чего-то не понимаю… Ты стреляешь только по цели…
- Я не умею стрелять мимо.
- Странно. Я таких чудес еще не видел. Твоя тетка меткой стрельбой не отличается. Летает она, конечно, здорово, пилотирует, дай бог каждому, но после боя у нее всегда пусто. Послушай-ка моего совета, ты больше с полным боекомплектом не возвращайся, лучше расстреляй по наземным целям.
- Ты прав. Так и буду делать.
Подошел командир эскадрильи.
- Липкина не вернулась из разведки, сбили в районе Петрищево, - сказал он. – Выпрыгнула за линией фронта. Будем надеяться, что сумеет добраться до своих, хотя линия фронта движется быстро, скоро будем перебазироваться под Вязьму.
- Не переживай, - сказал Юрий Нике, - я давно ее знаю, еще с войны в Маньчжурии. Она вернется.
Ника поняла, что помочь Бете сейчас невозможно, остается только ждать.
Липкина приземлилась на опушке леса примерно в двух километрах от деревни. На востоке слышалась орудийная стрельба. До линии фронта километров десять. Собственно линии-то и не было, были отдельные очаги сопротивления, это Ника увидела еще в воздухе. Примерно определив направление, она легким бегом направилась в сторону леса, надеясь встретить какую-нибудь отступающую часть.
До леса она добежать не успела. Пересекая проселочную дорогу, она увидела мотоциклистов, услышала резкий окрик и над головой прошла автоматная очередь. Пришлось остановиться и поднять руки, одновременно она сдернула шлем и растряхнула волосы по плечам.
- О! Флигер фрау? – послышался удивленный возглас.
- Да, летчица, - ответила Ника, приближаясь к немцам.
