Приглашающе подмигнув девушкам, она кивнула в сторону трибуны. Её тут же поняли без слов, и в сторону трибуны потек людской ручей.
-- Что вы будете делать, мистер?
-- Буду взывать к справедливости народа.
-- Пусти меня, гад! Мне больно! Отпусти!
-- А девушкам приятно было чувствовать твои пощечины?! Расступитесь господа, дайте нам подняться! Благодарю вас.
Когда извивающаяся в захвате туша Вандеккера была быстро закинута в кузов, Павла и сама рывком запрыгнула. Тут же, снова захватив правую руку Алекса, она подала руку поднимающимся в кузов девушкам.
-- Джули, что мы с тобой сейчас тут делаем?!
-- Лиз, все будет отлично! Это же один из тех парней, что спасли вчера меня на дороге. Сейчас он покажет этому ублюдку!
К Павле уже бежала размахивающая рупором нескладная фигура помощника распорядителя, когда микрофон ожил.
-- Уважаемые граждане и гости города Чикаго! Все вы сегодня познакомились со мной. Я Адам Моровски. Обычный парень, каких много в Америке. Парень, который участвует в гонках и пока побеждает. Я сейчас обращаюсь к вам с вопросом. Имеет ли право гонщик бить зрителей во время автошоу?!
-- Отпусти меня! Ой! А-а!
Вокруг трибуны уже собралась небольшая толпа, и распорядителю никак было не протиснуться и подняться в кузов. До Павлы донеслась его гневная тирада.
-- Мистер Моровски! Немедленно прекратите, или вас тотчас же дисквалифицируют!
Но Павла только хмыкнула от этой угрозы.
'Может я этого и хочу. Надо же мне выполнить один из этапов внедрения, после которого останется запись в полицейских архивах. Теперь и драку можно не устраивать. Только бы Анджей черной желчью не захлебнулся...'.
-- Итак, господа перед вами призванный к порядку гонщик Алекс Вандеккер! Знаете такого?! Да-да, это тот самый Вандеккер, который в пяти заездах вышел победителем, и которого я сам только что победил в честной борьбе. Но он сегодня знаменит не только этим!
Павла обвела суровым взглядом слегка притихшую толпу, и продолжила.
-- Только что, на глазах у многих зрителей, нескольких участников гонки, помощника распорядителя мистера Стакса, и вот этого мистера из полиции Чикаго, вот этот человек ударил одну женщину, и собирался ударить вторую!!!
-- Заткнись! Это не твое дело! Ай! Мерзавец! Ты! Не слушайте его! Ой!
Толпа все увеличивалась, народ обступил откинутые борта 'Форда' и внимательно вслушивался в звучащие из репродуктора слова. Сам Вандеккер, безуспешно пытался вырвать свою руку из цепкого захвата. Когда он начинал пинаться ногами, Павла чуть поджимала захваченную кисть, и Вандеккер кривился от боли.
-- За что вы ударили женщину мистер Вандеккер? Ответьте нам всем!
-- Кто ты такой, чтобы задавать мне вопросы?! Ай! Мерзавец!
-- Вы готовы извиниться за свой поступок?!
-- Мне извиняться перед этой шлюхой?! Я требую адвоката! Господа! Он псих, и я требую вмешательства полиции! Встретимся в суде, ублюдок! Ой! А-ааа!
-- Чтобы ваш папа окружной прокурор сразу вытащил вас под залог, и потом неделями путал присяжных своей казуистикой? Все это будет, но чуть позже. А сейчас, не смейте грубить этой девушке! И пока вам нечего сказать, за вас расскажут те, кто наблюдал вашу подлость. Мистер полисмен, вы видели, как он ударил эту девушку?!
-- Сержант Гриффитс, мистер. Я действительно видел это. Только зачем мы обсуждаем это здесь, а не в участке?
-- Это ложь! Он подкупил этих людей! Ой! Где полиция, черт побери! А-а!
-- Я отвечу на ваш вопрос, мистер полисмен, но чуть позже... Девушки это правда, что он ударил вас?! За что он это сделал?
-- Я Джульетта Гроус, а это Лиз Кроули, этот мерзавец Вандеккер ударил Лиз всего лишь за то, что она назвала вас победителем, а его неудачником.
-- Все слышали?! Кто еще видел этот мерзкий поступок Вандеккера?!
-- Я видел!
-- И мы тоже!
-- Мерзавец посмел бить женщину! Гнать его в шею с гонок!
-- Точно! Подлец!
-- Вы не имеете права! Здесь не было суда! Это не законно!
-- Вот как? Значит, суд тебе подавай? О праве ты заговорил... Гм. А кто тебе самому дал право бить беззащитных женщин, а?!!!
-- Я подам на тебя в суд! А-а!! И пущу тебя по миру! Ты еще будешь лизать мне ботинки, чтобы только вылезти из тюрьмы! Ты у меня... Ой!
-- А у меня ничего нет и так. У меня уже нечего отбирать, даже с великолепными связями твоего папы прокурора. И теперь я отвечу на ваш вопрос, мистер полисмен... Вы спросили меня, почему я не веду его в участок?
-- Именно так, мистер.
-- Я это делаю потому, что такие люди как этот Вандеккер недостойны участвовать в нашем автошоу! Его низкий бесчестный поступок бросает тень на всех нас! На всех мужчин, кто пришел сюда! Прямо сейчас я прошу администрацию дисквалифицировать Вандеккера и выгнать его с гонок. Это не может быть жульничеством с моей стороны, потому что я уже лично победил этого человека, и сегодня пока не проиграл ни одного заезда. Один раз я уже одолел его, и уверен, что смог бы это повторить. Я не боюсь состязаний с ним. Но считаю, что Вандеккер не достоин больше состязаться и бороться за награды на этих гонках.
Павла перевела дух и продолжила уже спокойнее.
