– Мы экспериментировали с разными предметами. Помещали их в саркофаг, заполненный флайром. Дольки яблока оставались свежими несколько дней, пока их не вынули.
– С предметами, но не с человеком! – возразил Альваро. – Откуда ты знаешь, как это подействует на живой организм?
– А что, у нас есть другой выход?! – Лицо Орландо исказилось от ярости. Поморщившись, он потер лоб, как будто хотел стереть тяжелые мысли.
Дийна, не чувствуя под собой ног, подошла к столу. Верхняя часть саркофага была прозрачной. Сверкающие частицы флайра, словно иней, оседали на ней изнутри. Казалось, что Дейзи просто заснула. Она лежала там – ни живая, ни мертвая. На левой щеке виднелась ссадина, и струйка крови остановилась, не добежав до скулы. Для нее время остановилось.
Дийне казалось, что для нее тоже. У Альваро на лице застыло какое-то стеклянное выражение. Один только Орландо светился решимостью:
– Я отвезу ее на Аррибу, в лучшую клинику, где ей помогут!
– Я поеду с тобой, – раздался запыхавшийся голос. Это была Саина. Узнав о происшествии, она сразу бросилась в Башню. Ее присутствие немного рассеяло враждебность, царившую в лаборатории. Она с сочувствием посмотрела на Дийну, потом обняла Орландо. Весь его воинственный пыл сразу растаял. Саина гладила его по спине, а он зарылся лицом в ее рыжие волосы, и горе, казалось, окутало их обоих.
– Я… я просто…
– Я понимаю, – сказала она. – Мы все понимаем. Не бойся, она поправится. Все будет хорошо, вот увидишь! Мы сейчас же отвезем ее в госпиталь.
– Это исключено. Никто никуда не поедет!
Дийна вздрогнула. В лаборатории вдруг оказалось слишком много народу. Вслед за Саиной сюда явилась сеньора ди Кобро в сопровождении двух магистров и растерянная Транкилья.
– Открытие профессора Мойзеса, безусловно, имеет большое значение, и мы не можем допустить, чтобы известие о нем разлетелось по всему Архипелагу! Я уверена, что он не позволил бы этого! Лечение можно организовать и здесь. Мы обеспечим операционную, найдем подходящего доктора, которому можно довериться…
– Нет. – Орландо зубами вцепился в единственный шанс и не намерен был его упускать. – Это слишком долго. И слишком рискованно!
– Не рискованнее, чем тащить ее на Аррибу! – отрезала донья Кобра. – Вы представляете, что начнется, если ваш… эксперимент увенчается успехом? Какие вопли поднимутся в газетах! Пойдут слухи, что флайр может обеспечить человеку «вечную» жизнь! Тогда и Альянс, и Лига вцепятся в нас мертвой хваткой!
– Мне все равно!
– А мне нет. Ни одна склянка из этой лаборатории не должна покинуть пределов замка!
– Как вы можете? – вдруг вмешалась Транкилья. – Дейзи срочно нужно в больницу! В нормальный госпиталь! Здесь у нас нет ничего подобного и при всем уважении дон Аугустино не имеет никакого опыта в хирургии! Разве жизнь человека не важнее каких-то секретов?
Она смотрела прямо в лицо донье Кобре, пока все остальные приходили в себя от шока. Никто не поддержал сеньору ди Кобро во время ее пламенной речи, но никто и не ожидал, что именно Транкилья посмеет ей возразить. На каменном лице Кобры отразилось такое изумление, будто ее насмерть укусил безобидный мотылек.
– Ладно. Мы это еще обсудим, – сказала она, поджав губы.
Для доньи Кобры, с ее стенобитным характером, это была огромная уступка. Дийна, которая в последние минуты просто забыла, как дышать, подумала, что Транкилья одержала нешуточную победу. Неизвестно, чем бы кончился их спор, если бы в этот момент в комнате не появился еще один человек – инспектор Агудо. Он с интересом оглядел лабораторию, задержав взгляд на столе, а потом обратился к декану:
– Мы нашли вашего поджигателя. Мои люди уже произвели арест. Это сеньор Гонсалес. Все улики, найденные внизу, указывают на то, что он приходил сюда утром.
– Какие улики? – вырвалось у Дийны.
Инспектор проигнорировал этот вопрос. Задавать вопросы было его прерогативой.
– Полагаю, что в несчастье с Эстер Солано виноват тоже он. Мы выяснили, что магистр Гонсалес – агент Кантилейской Лиги.
Тишина в комнате сменилась взволнованным гулом. Саина даже воскликнула:
– Это чушь! Простите, но этого просто не может быть!
Сеньор Агудо показал ей программку, изъятую вчера из флигеля. Дийна, стоявшая ближе к нему, заметила, что поперек напечатанных строк было что-то написано крупным неровным почерком. Вчера она не обратила на это внимания.
– Мне знаком этот почерк, – объяснил инспектор. – Экспертиза показала, что он принадлежит сеньору Мендесу, одному из агентов Лиги. Думаю, что Гонсалес с ним связан. В его доме были найдены и другие письма, спрятанные в футляр от подзорной трубы. В общем, господину магистру придется многое нам объяснить!
– Я уверена, что это какая-то ошибка! – снова не удержалась Дийна.
Инспектор тут же обратил на нее свой давящий взгляд:
– А к вам, сеньорита, у меня будет отдельный разговор.
