С этими словами я плечом оттолкнула мага с дороги и пошлёпала дальше.
– Ну ты и нахал, – подивился наёмник, догнав меня через пару шагов.
– Угу.
– И всё-таки зачем ты за мной пошёл?
Я промолчала. Ну не говорить же ему, что мне просто дико любопытно посмотреть на боевого мага в деле. А кустик я нашла очень скоро, чем вызвала очередную лавину язвительных комментариев со стороны своего телохранителя.
Ночь. Кладбище. Луна. Дождь. Слякоть.
И я, мокрая и несчастная, шлёпаю по этой слякоти вслед за магом.
– Что мы здесь будем делать? – шепчу я, стараясь держаться к нему как можно ближе.
– Тише ты, – шипит он на меня, и я замолкаю.
По обе стороны от узенькой тропки сквозь высокую траву выглядывают старые покосившиеся кресты. Я стараюсь на них не смотреть, гляжу под ноги. Неправдоподобная и какая-то жуткая тишина пробирает до костей. Слышно только хлюпанье двух пар сапог по грязи, моё неровное дыхание да едва уловимый шелест ветра в траве. Ветер забирается под куртку, и кожа покрывается мурашками. Я старательно убеждаю себя в том, что это от холода, а не от страха. Мы всё идём, медленно подбираясь к самому сердцу заброшенного кладбища – развалинам часовни.
– Ян?
Я впервые назвала его по имени. Он вздрагивает и всё-таки оборачивается.
– Ну?
– Я хочу знать, что мы здесь делаем.
– Я тоже хочу знать, что здесь делаешь ты. Тебя здесь быть не должно, это точно.
– Но я уже здесь.
– Это мне и не нравится.
– Так кого мы должны завалить? – пропустив мимо ушей недовольство собеседника, продолжила выспрашивать я.
– Я должен завалить что-то когтисто-зубастое. Более точного описания мне, к сожалению, не дали. А ты в это время должен сидеть тихо и не путаться у меня под ногами. Это понятно?
– Понятно, – вздыхаю я.
И наша «прогулка» продолжается.
– Вот гад! – не выдерживает маг ещё час спустя. – Затаился, собака.
– Я бы в такую погоду тоже не вылезла, – бурчу я себе под нос, стараясь шмыгать вышеозначенным органом не слишком громко, а то наёмник то и дело хватается за меч и как-то диковато на меня косится. – Может вернёмся?
– Нет. Я не намерен задерживаться в деревне ещё на одну ночь.
– Что тогда?
– Будем ждать. Что бы это ни было, но свежей крови оно не видело уже с неделю.
– И что? – не поняла я.
– А то, что нежить может питаться падалью. Но чтобы поддерживать своё существование, ей всё равно необходима свежая человеческая кровь. Хотя бы иногда. Голод выманит его и приведёт к нам.
Маг сбросил сумку, присел на первый попавшийся холмик и вогнал меч в землю рядом с собой.
Класс.
– Тогда почему мы вот уже полночи бродим по этому треклятому кладбищу, вместо того чтобы прохлаждаться где-нибудь на входе в ожидании этой чуды-юды, несильно, так сказать, в местный пейзаж углубляясь?!
– Потому что я не люблю быть приманкой.
Коротко и ясно. Как всегда. Нет, этот индивидуум абсолютно не приспособлен к жизни в социуме.
– А откуда ты знаешь, что он не пил кровь неделю?
– Оттуда.
– Тебе жалко ответить что ли?
Ян картинно закатил глаза, а я опять залюбовалась. Дура. И Дерен меня в Веренсе ждёт. Дважды дура.
– Потому что последним, кого он задрал, был сын кузнеца. И случилось это на прошлой неделе. Теперь ты, наконец, замолчишь?
– Нет, – радостно возвестила я, присаживаясь рядом с ним и стараясь не думать о том, что сижу на чьей-то могиле и вот сейчас подо мной лежит покойник… разлагающийся. Или уже разложившийся… Или вообще скелет!.. Так стоп. Меня сейчас стошнит.
– А скажи, боевые маги правда берут учеников? – спросила я просто для того, чтобы отвлечься.
– Конечно нет, – фыркнул наёмник.
– А почему?
– А потому что им тоже жить хо… – Ян запнулся на полуслове и с силой оттолкнул меня в сторону. Я прокатилась по земле, наглоталась грязной жижи, да так и осталась лежать, не понимая, что же это сейчас такое произошло. Откуда-то сбоку до меня доносилось глухое рычание, непонятное лязганье и ещё более непонятное бряцанье. Я приподнялась на локтях и завертела головой. И увидела. И, увидев, ударилась в панику, подозревая, что истерика тоже где-то на подходе.
