Верже еще раз пристально осмотрел их всех, подолгу задерживаясь взглядом на каждой и словно что-то выискивая на их лицах. Потом проговорил:
— Женщины должны закрыть волосы. Особенно та, что коротко острижена. В Лонтроне преступниц бреют на лысо, и ее внешний вид может смутить горожан. — Поджав губы, Усмиритель с явной неохотой обратился прямо к ней: — Ваше имя, сударыня?
Алеор обернулся, хитрющими, полными хохота глазами глядя на Раду, и она едва заметно моргнула ему в ответ.
— А я не сударыня, — пожала Рада плечами, смело глядя в лицо Усмирителя. — Я очень молодой эльф, у которого просто нежные щечки.
Улыбашка рядом почти что заскулила, а Рада, глядя в лицо Верже, громко похлопала себя ладонями по щекам. Глаз Усмирителя ощутимо сильно дернулся, и Раде послышался еще один сдавленный писк — на этот раз со стороны Лиары.
— Ваше имя… сударь, — выдержав угрожающую паузу, потребовал Усмиритель.
— Радаэль Ренон, — не моргнув глазом, соврала Рада. — Я — младший брат князя Алеора. А это — моя нареченная, Лиара.
Эти слова сорвались с губ так быстро, что Рада даже не успела ни о чем подумать. Спину моментально проморозило, и как удар сапога в лицо она ощутила резкий взгляд Лиары, брошенный на нее. Следом за этим зацвели маковым цветом щеки, а сердце замолотилось, словно обезумевшая птичка в клетке. Божечка, да что же со мной творится?! Веду себя, как полная идиотка! Немедленно к знахарю, сразу же, как только мы приедем в Алькаранк!
— Потрудитесь проследить, чтобы ваша нареченная закрыла волосы, — проскрежетал Усмиритель и отвернулся к Алеору. — А кто отвечает за гномиху?
— Гномиха отвечает сама за себя, — прокаркала Улыбашка, давясь хохотом. Лицо у нее свело судорогой, Раде было видно, какие жесточайшие усилия она прилагает к тому, чтобы не расхохотаться. От этого гримаса ее стала по-настоящему устрашающей, и в груди вновь заклокотал смех. — Так что если вы хотите о чем-то меня спросить, то и спрашивайте меня, а не этого древолюба патлатого.
— Я же говорил: неистовая, — закивал Алеор, многозначительно глядя на Верже.
Казалось, что Усмирителя сейчас буквально разорвет от ярости. У него даже лицо побелело, будто полотно, однако, он собрал все свое терпение и заставил себя взглянуть на Улыбашку.
— По законам Лонтрона вы должны прикрыть волосы. Иначе мы будем вынуждены арестовать вас.
— Вот теперь, когда вы ко мне обратились напрямую, дражайший, я с превеликим удовольствием сделаю то, о чем вы меня просите, — почти что проворковала Улыбашка, и Усмиритель пораженно заморгал, явно ожидая не такой реакции.
Гномиха демонстративно полезла в седельную суму, выудила оттуда ярко-алые панталоны с рюшечками по краю, и водрузила их себе на голову. Холодный ветер степей сразу же принялся играть с ними, развивая за спиной Улыбашки две округлые штанины, а саму ее сделав похожей на очень страшного зайчика. Рядом тихо заплакал Алеор, закрыв лицо руками и содрогаясь всем телом. А Рада принялась мерно дышать, чтобы хоть как-то остановить дерущий глотку хохот.
— Что это такое?! — зарычал Усмиритель. — Что вы себе позволяете?!
— Вы сказали: закрыть волосы, дражайший, я так и сделала, — развела руками Улыбашка. — У меня есть только панталоны, ни платочка, ни кусочка ткани, ничего, а я не дай боги не хочу прогневать Грозара Громовержца. — Усмирители поклонились на восток, и Улыбашка вместе с ними, а Лиара уткнулась головой в гриву своего коня, приникая к ней так близко, как только могла и дрожа всем телом.
Разогнувшись, Верже в ярости взглянул на них всех.
— Я могу арестовать вас немедленно за неуважение к Молодым Богам, церкви и Лонтрону! И дальше хохотать вы будете уже в тюрьме!
— Ну что же вы говорите, капитан, — примиряюще вступила Рада. — Мы уважаем всех богов: и Грозара, и Богона, и Загриена, и Кану…
Усмирители начали сгибаться в седлах от каждого имени, и вот тут-то Алеор не выдержал. Откинув голову назад, он широко раскрыл рот и заржал так громко, что этот рев слышали, наверное, даже в Алькаранке. Усмирители моментально выпрямились, схватившись за мечи и принявшись ругаться сквозь зубы. Но Раде было уже все равно. Эльф гоготал так заразительно и громко, что удержаться было невозможно. Да к его смеху прибавилось еще и хрюканье Улыбашки, звонкий голос Лиары, и Рада поняла, что и сама хохочет, сгибаясь пополам и держась за живот, едва не выпадая из седла.
Верже не стал командовать атаковать их сразу же. Он только сидел в седле и ждал, пока они отсмеются, и взгляд его становился все холоднее и холоднее, а пальцы, сжимающие поводья, побелели. Он дождался, когда Алеор начал утирать повлажневшие от хохота глаза, и открыл было рот, чтобы что-то скомандовать, но эльф опередил его, вскинув открытую ладонь вверх:
