Только теперь у Лиары была ее первая маленькая победа, свернувшаяся калачиком в груди и довольно мурчащая, будто крохотный теплый кот. Я буду учиться, — твердо пообещала она себе, улыбаясь огромному морю вокруг и медленно летящим по небу облакам. Я научусь защищать себя так, чтобы не причинить никому боли. В конце концов, они ведь не виноваты в том, что хотят заполучить меня, как и я не виновата в том, что являюсь предметом их желания. Но мне бы очень хотелось знать, Великая Мать, как так происходит? Почему людей захлестывает эта отупляющая жажда, превращающая их в зверей и лишающая всего самого светлого, что есть в них? В чем причина этой жажды, и как с ней бороться? А волны лишь молчали, тихо перекатываясь и перекатываясь, вылизывая солеными языками борта корабля, и ветер тихонько насвистывал в снастях, ведь ему не было никакого дела до глупостей, что крутились в головах у живых.
Первый день на корабле тянулся невыносимо долго. Поначалу Лиаре казалось, что они догонят Раду совсем скоро, буквально в течение нескольких часов, но ветер и волны, и пустой горизонт, на котором не было ничего, кроме бескрайнего моря, очень скоро убедили ее в обратном. Тянущее чувство тревоги сменилось тупой усталостью, и Лиару грело лишь легкое прикосновение чего-то невообразимо нежного в груди. Словно кто-то тихонько шептал на ухо: «Не бойся, я здесь, с тобой, я не оставлю тебя».
Весь день, до самого вечера, она провела одна на носу корабля. Иногда ей приходилось подвинуться или отойти, чтобы не мешать матросам работать, но в целом, за исключением утреннего визита Равенны, ее никто не трогал. Алеор с Каем не поднимались с нижней палубы, а Улыбашка сладко спала на корме, оглашая корабль громким храпом и никак не реагируя на матросов, которые то и дело сновали мимо нее, занимаясь привычной для них работой.
Несколько раз Лиара видела и Гардана, который драил палубу или помогал более опытным матросам с парусами, но поговорить с ним у нее так и не получилось. Да она и не рвалась это делать: в конце концов, они с наемником едва знали друг друга, и не ей было выспрашивать о его делах. Даже несмотря на то, что именно он вез оказавшегося Провидцем Далана в Дер, и именно через него передавала свои приказы Марна. Лиаре подумалось, что его и без того целыми днями одолевают вопросами на эту тему, а она сама прекрасно знала, как тяжело объяснить человеку, никогда не чувствовавшему этого и изначально не верящему в саму возможность контакта между человеком и обитателями тонких миров, как приходит откровение и сила. Потому решила, что если наемник захочет поговорить, то придет сам, а она его своим вниманием донимать не будет.
Ближе к вечеру, когда солнце опустилось им за спины и зависло над самым краем моря, то и дело подглядывая рыжим глазом через затянувшие небо тяжелые облака, Улыбашка наконец-то проснулась. Позевывая и почесываясь, она побродила по кораблю, хмуро оглядывая матросов, приковыляла к Лиаре и решительно опустилась рядом с ней на палубу, поджав под себя короткие ноги.
— Вроде, попустило меня, — сообщила гномиха, подозрительно оглядывая корабельные снасти, так, словно те могли причинить ей какой-то вред или вновь вызвать тошноту. — А ты как все это распрекрасное путешествие переносишь?
— Да просто жду, — пожала плечами Лиара, не зная, что ответить на этот вопрос. Ей было зябко и неуютно, но обществу Улыбашки она была рада. Первое удивление у Равенны прошло, и Лиара вновь начала чувствовать ее взгляд лопатками, а это означало, что не за горами вторая попытка пиратки познакомиться поближе. Оставалось надеяться, что присутствие рядом с Лиарой Улыбашки слегка поумерит ее пыл.
Улыбашка бросила на нее внимательный взгляд и нахмурила свои кустистые брови, отчего вид у нее стал слегка угрожающим. Лиара внезапно поняла, что так привыкла к ее шраму через щеку, что даже не обращает на него никакого внимания, в отличие от матросов, которые то и дело с опаской косились на гномиху.
— Да не переживай ты, догоним мы ее, — квадратная ладошка с толстыми короткими пальцами похлопала ее по плечу, и в этом жесте было что-то умиротворяюще теплое. — Сама же знаешь, какая каша тут заварилась со всеми пиратскими кораблями и прочим. И наш древолюб не упустит возможности подраться, тем более, с сильным противником, да и Раду не позволит никому забрать. Так что просто подожди, и совсем скоро мы их нагоним.
— Я жду, Улыбашка, — кивнула Лиара, улыбаясь гномихе. Лицо той слегка расслабилось, и она кивнула в ответ, а потом доверительно наклонилась к Лиаре, шепча громким хриплым шепотом:
— Кажись, сейчас тебе лучше несколько о других вещах думать. Я хоть и болезная, да не слепая. Эта драная кошка Равенна глаз с тебя не сводит с самой первой минуты, как увидела. А потому держись поближе ко мне, Светозарная. А то, когда мы вернем Раду, лишится наша пиратка всех своих острых зубок и коготков, а нам ведь еще обратно с ними плыть на запад.
