" Значит, остался..." — подумал Андропов. — "Что ж, это ожидаемо. Не поедет же этот музыкант после того, что натворил в Бонне, просто служить в свой полк. Теперь, самое главное — что он будет делать дальше? Все эти встречи с главами государств, что они означают? Хорошо, что у резидента, наконец появился человек, которого легко подвести к Любимову. Только бы этот "пианист" не раскололся при первой же встрече со своим другом и не стал работать против нас... Кстати, а где во всем этом полковник Громов? Какова его роль?"
Юрий Владимирович выбрал авторучку с красными чернилами и написал сверху докладной свою резолюцию:
Товарищу Мортину Ф. К.
1. Вопрос по Любимову требует особого контроля ввиду возможного политического резонанса.
2. Проверку по Громову ускорить. Интересует — умышленный недосмотр или иное?
3. По Богдановичу – доложить конкретику, исключить фиктивные отчёты.
4. Принять меры к исключению утечек информации за рубеж.
Ю. Андропов
В этот же день в Бонн "улетела" шифрограмма:
Москва – Бонн
Резиденту " Рейн"
Сов. секретно / Шифр. № 7А
Получена Ваша информация о ситуации с Любимовым и Богдановичем.
1. Дезертирство Любимова оцениваем как событие, имеющее не только оперативное, но и политическое значение, ввиду его контактов с представителями руководства ФРГ и США, а также факта встречи с Генеральным секретарём ЦК.
2. Требую в кратчайший срок установить:
– круг лиц в ФРГ, с которыми Любимов поддерживает контакт;
– каналы, через которые он вышел на упомянутые западные фигуры;
– возможное использование его западными спецслужбами в пропагандистских целях.
3. Сообщение о привлечении Богдановича к сотрудничеству требует документально подтверждённых результатов. Недостаточно декларации о согласии, необходимо проверить его возможности, мотивацию и достоверность предоставляемых им сведений.
4. Вопрос по полковнику Громову остаётся в работе. До получения итогов проверки ПГУ и 2-го Главного управления воздержаться от любых неформальных контактов с ним и связанных лиц.
5. Принять меры к исключению появления в западной прессе материалов, компрометирующих СССР и его делегацию в связи с Любимовым.
Доложить в установленном порядке.
Начальник ПГУ КГБ при СМ СССР
Генерал-лейтенант МОРТИН Ф. К.
---------------------------------------------------
Единственнй вечер, когда нам с Габи удалось выбраться немного развеяться и который, казалось бы, должен был стать незабываемым из-за личности хозяина квартирника, прошёл, мягко говоря, не совсем так, как ожидалось. А так как я помнил, что причиной провала мероприятия был я сам, то постарался исправить это безобразие сразу, как только представилась возможность.
— Вика, твоя идея насчёт квартирника была шикарна и не твоя вина, что всё так сложилось, — сказал я по телефону из приемной Леонида Ильича после доклада у него результатов по системе DRAGON. — Кульпа мия, как говорят испанцы. Моя вина. Поэтому давай сегодня сходим куда-нибудь, где собирается молодежь, молодые музыканты, неформалы разных мастей... Ну ты, поняла меня, да?
— Да ладно, они там сами у Владимира Семёновича виноваты, — даже в трубке было слышно, как она возмущённо фыркнула. — Пьют как кони! Давайте тогда сегодня сходим на Пушкинскую, в "Лиру"? Это кафе молоджное такое. Там как раз такая публика и собирается, как ты говоришь. Хотите?
— Вика, ты же помнишь, что мы с Габи в Москве впервые. Нигде не были и ничего не знаем. Поэтому полностью полагаюсь на тебя. Если ты считаешь, что " Лира" это стоящее место, значит идём! Музыка будет?
— Ещё какая! — в голосе Вики слышалось явное восхищение. — Там такие парни играют — куда там этим телевизионным "звёздам " из " Голубого огонька"!
— Тогда вопросов больше нет, — согласился я. — Заедешь за нами? Я ведь подозреваю что одних нас всё равно не отпустят.
— Даже и не мечтай! — хохотнула Вика. — Я от деда строгий наказ имею. Только никак не пойму, это вас с Габи так за музыку что ли берегут? Не, дед конечно музыку обожает и артисты у него любимые есть, тот же Магомаев, с которым ты так классно в Бонне пел, но чтобы он так беспокоился за них — такого не припомню.
— Ну вот значит такие мы особенные. — отшутился я. А что ещё скажешь? — Значит мы тебя дома ждём!
— Тогда я и Мишу прихвачу, — добавила Вика. — У него тоже вечер свободный.
— Какого Мишу? — на всякий случай уточнил я.
— Мужа моего. Когда мы на квартирник ездили он с дочерью сидел, — объяснила Вика. — Бабушка не смогла побыть с ней, а сегодня она у нас. Дед Лёня отпустил.
Почему-то это новость оказалась для меня совсем неожиданной и я глупо переспросил:
— А ты замужем?
— Да, замужем. На Новый год свадьбу сыграли . — как-то легко ответила Вика.
На Новый год? И уже дочь? Хотя, о чём это я? Мало ли у кого и как бывает...
— Мы часиков к девяти подъедем, — сказала Вика. — В "Лире" раньше делать нечего. Там самое интересное только к полуночи начинается.
— Ну это везде так, — согласился я. — Значит, до вечера!
Без пятнадцати девять знакомая черная " Волга" остановилась под окнами нашего номера.
