Матильда расправила плечи и смело посмотрела в глаза герцогу. Пьер де Дрё имел довольно мягкие черты лица, однако глубоко посаженные глаза и твёрдый подбородок выдавали в нём человека целеустремлённого и даже жестокого. Он смутно напомнил Матильде Рэндуилла, и ей стало совсем не по себе.
Герцог же тем временем внимательно осмотрел Матильду с ног до головы и затем слегка кивнул. Что это могло означать — Матильде оставалось лишь догадываться.
— Зачем вы пожаловали к нам, леди Матильда? — спросил он гаркающим голосом.
Голос этот настолько не вязался со всем его внешним видом, что Матильда вздрогнула от неожиданности. На какую-то секунду ей показалось, что заговорил не герцог, а кто-то другой.
— Ваша светлость, — учтиво произнесла она. — Возможно, до вас уже дошли те новости, что принесла с собой я. Земли моего отца, сэра Эдмона Марильяка, подверглись нападению. Наш дом был сожжён, моя мать убита, а младшие сестра с братом бесследно исчезли. — И как ей удавалось так сухо излагать всё это? Внутри била дрожь, а очертания герцога немного расплывались перед глазами. — Одной мне удалось чудом спастись. С большим трудом я смогла добралась до вас, ваша светлость, с тем, чтобы попросить помощи. Ведь мой отец является, прежде всего, вашим вассалом, и вы единственный, к кому я могу теперь обратиться. У меня никого не осталось… И я даже не знаю, как связаться со своим отцом…
— Мне об этом ничего не известно, — слегка нахмурился герцог. — Почему мне об этом ещё не известно? — обратился он не ясно к кому.
Через секунды две откуда-то справа послышался нерешительный ответ:
— Быть может, прошло слишком мало времени, чтобы вести успели дойти.
— Однако эта девушка уже здесь. Сколько времени прошло с вашего несчастья? — обратился он уже к Матильде.
— Уже около месяца…
— Это вы так долго добирались до Ренна? — изумился герцог. — Нечего сказать, хорошо мне служат — столько времени не ведать о том, что земли моего подданного были сожжены!
Возникло неловкое молчание. Матильда почти осязала нерешительность и опасение всех собравшихся.
— И вы проделали весь путь одна? — обратился к ней герцог снова.
Матильда замешкалась. Вообще-то она собиралась сказать, что одна. Но вдруг её обман раскроется? Вдруг она себя выдаст чем-нибудь?
— Ваша светлость, — послышался знакомый голос, — леди Матильда путешествовала вместе со мной.
— Вот как, граф?
Герцог перевёл взгляд ей за спину, а Матильда не могла сдвинуться с места, не зная, радоваться ей или огорчаться такому своевременному вмешательству.
— Именно так, ваша светлость. — Гулкие шаги раздались по каменному полу и остановились немного поодаль от Матильды. — Я как раз проезжал мимо Крэйвека и, по счастью, встретил леди Матильду. Я не мог бросить её одну в беде и потому взял на себя смелость быть её спутником. Неизвестно, как скоро она добралась бы до Ренна, если бы отправилась сюда одна. И удалось бы ей это вообще.
— Леди Матильда как никогда нуждается в вашей защите, — вступил в разговор ещё один знакомый ей голос. Матильде казалось, что она сходит с ума. Она не ожидала такого. Сначала Пьер, а вот теперь и Рэндуилл! Ещё де Лура не хватало. — Пока сэр Марильяк не вернётся в Бретань, лучше будет, если вы возьмёте её под свою опеку.
— И вы, граф, знакомы с леди Матильдой? — В голосе де Дрё прозвучало нескрываемое удивление.
— Не совсем. Я знавал её отца.
— Да, сэр Марильяк… Он сейчас в Англии, на службе у нашего дорогого Джона, — кивнул герцог. — Но может и не вернуться.
— Нет! — воскликнула Матильда, выведенная из ступора этой холодно брошенной фразой. — Он вернётся. Только нужно, чтобы он узнал поскорее обо всём. Я полагала, что вы, возможно, знаете, где он остановился. Или же… Вы можете написать самому королю Англии.
Пьер де Дрё взглянул на неё несколько снисходительно, но ничего не ответил на это высказывание.
— Что ж, мы ещё раз поговорим об этом позже. Времени у нас предостаточно. Отныне вы будете находиться при дворе и под моим непосредственным покровительством. Шалон, позаботьтесь о девушке. Сеньоры, не смею вас задерживать, — обратился он к остальным. Дюжина ног побрела к выходу. — А вы, Рэндуилл, останьтесь.
Только когда двери закрылись за ними, Матильда смогла перевести дыхание. Вот и получила помощь, но ту ли, которой так желала? Герцог не дал ей никаких обещаний насчёт того, что свяжется с отцом. Про Беа и Тристана он даже не спросил, как будто они были всего лишь незначительной деталью её рассказа. Зато с этих пор она находится под его покровительством и, наверное, этому стоит радоваться. Теперь уж её точно никто не попытается убить. Да и легче, опять же, действовать, организовать поиски сестры и брата.
Только вот Герик… Как он к этому отнесётся? Возможно, посчитает, что теперь не нужен ей и уедет? А если она попросит его быть рядом? Но как — когда она будет здесь, когда она отныне под покровительством герцога Бретани, а он — всего лишь незначительное лицо из далёкой глуши?
— Пьер… — прошептала Матильда, двигаясь позади него. Он не обернулся. — Зачем ты соврал?
