Его гложило предчувствие, что это как-то связано с назревающим мятежом. Заговор баронов уже не был чем-то призрачным, и скоро произойдёт восстание, в этом он был уверен. Королю в любом случае нужны такие люди, как он, — преданные и умелые. Так почему же тогда всё выглядит так, будто его хотят заточить в темницу?… Снова кольнуло подозрение, что, возможно, дело в другом — в Аньес.
Сломав печать, Эдмон развернул пергаментный лист, исписанный красивым каллиграфическим почерком. Не иначе, как за Его Величество поработал писец. Послание содержало следующее:
«Любезный сэр Марильяк,
Этой ночью случились непредвиденные обстоятельства, которые требуют Вашего немедленного присутствия. Просим Вас немедленно прибыть к Нам в Наш замок Виндзор для обсуждения дел не только государственной важности, но в большей мере важности личностной.
Эдмон нахмурился. Письмо совсем не приоткрыло завесы тайны, а только больше заинтриговало его. Какие непредвиденные обстоятельства могли случиться? Да ещё и личностная важность… В одном он уверился точно: здесь как-то замешана его дочь.
— Если вы будете меня сопровождать, — обратился он к ожидавшему ответа гонцу, — то прошу подождать меня здесь. Я скоро вернусь.
Гонец кивнул, и Эдмон пошёл наверх. Одев один из своих самых лучших сюрко — как-никак предстоит личная встреча с самим королём! — Эдмон, не теряя более ни минуты, спустился вниз.
— Идёмте, — сказал он гонцу.
Эта утренняя прогулка, конечно, будет отличаться от предыдущих, думал Эдмон, садясь на своего коня. Обычно он ездил верхом только в Хэмпстед-Хите [9] и не более получаса, к тому же такие прогулки не представляли собой опасность. Хотя с чего бы вдруг встреча с королём могла быть опасной для него? «А с того, — хмуро ответил он себе, — что Аньес несомненно что-то натворила, и это коснётся меня». Но, если дело настолько важное и Аньес, в самом деле, провинилась, то что сейчас с ней?… Эдмон переживал за дочь.
По прибытии в резиденцию Эдмона провели в королевские апартаменты. Перед ним открыли двери стражники, а в кабинет короля его пригласил камергер Луис Альдиго.
Его Величество вальяжно сидел в кресле и лениво пролистывал какие-то бумаги. На вошедшего король Джон даже не взглянул, продолжая заниматься своими делами. Эдмон стоял у дверей минут пять, ожидая пока на него обратят внимание, когда, наконец, король поднял голову и в упор посмотрел на посетителя.
— Вы приехали. Мы этому рады, — медленно проговорил он. — Хотите увидеть свою дочь?
— Конечно, — осторожно сказал Эдмон. — Но для начала я бы хотел узнать, почему Ваше Величество столь срочно меня вызвали.
Джон повертел в руках лист пергамента, а потом вдруг спросил:
— Знаете, что это?
— Что именно? — не понял Эдмон.
— То, что мы держим в руке?
— Не имею понятия, Ваше Величество.
— Конечно, конечно… — пробормотал Джон, утыкаясь взглядом в строки исписанного листа и внимательно читая.
Эдмон вздохнул, приготовившись к ожиданию. Хоть бы присесть предложил! Бросив взгляд на короля, он скривился. Да, Эдмон был предан английскому королю, но только из-за памяти к его отцу и брату — истинным и великим правителям Англии. Этот же отпрыск Плантагенетов [10] был никчёмным предводителем, и глубоко внутри Эдмон симпатизировал именно мятежникам. Лучше будет, когда, наконец, сменится правитель! За те шестнадцать лет, что Джон сидел на троне, страна видела одни только бедствия.
— Папа Иннокентий написал нам, уверяя, что мы всегда можем на него положиться. — Он снова замолчал. Это уже начинало давить Эдмону на нервы. До сих пор было не ясно, чего же он от него хочет. — Как вы думаете, можно ли ему верить?
— Разве я могу советовать, когда вы лучше меня знакомы с Его Святейшеством? — застигнутый врасплох, отозвался Эдмон.
— Разумеется, нет, — криво усмехнулся король. — Впрочем, ничего другого нам не остаётся… Сегодня пришло известие из Нортемптона [11]. Бароны подступили к стенам города. Донесения были правдивы: около месяца они строили планы в Брэкли [12], и вот теперь решились. Сегодня же наши подозрения оправдались: мы поняли, что в замке есть те, кто поддерживает мятежников. Большинство из них ускользнули ещё позавчера, некоторые вчера. — Немного помолчав, он добавил: — А некоторые умудрились сбежать ночью.
Эдмон похолодел. «Этой ночью случилось непредвиденное…». Уж не это ли «непредвиденное» имел в виду король?
— Вы… вы хотите сказать, что моя дочь вместе с мятежниками?
Король пристально поглядел на него и кивнул.
Эдмон с недоверием улыбнулся.
— Но такого просто не может быть! Моя дочь так стремилась ко двору… Это просто немыслимо!
