— Что? Ты меня убьешь? Выпьешь мою душу? Мне плевать, — вспылил Маркус, прекрасно понимая, что ведет себя, как самый распоследний тупица, явно нарываясь на неприятности, но сил заткнуть рот отчаянию и жестокой ревности не было.
Полночи он летал на крыльях и был счастлив до зеленых соплей, а потом Дариус простонал: «Франсуа, сердце мое», и Маркус рухнул в преисподнюю. Конечно, он знал о Бастарде все, но на какое-то время разрешил себе повитать в облаках и поверить в то, что чудо все-таки случилось. Что мания прошла! Но Император действительно любил своего сказочного Эльфа, и сегодня ночью Маркус окончательно понял, что ничего не сможет с этим поделать, как бы ни старался. Слишком стар для того, чтобы конкурировать с вечно молодым, чертовски умным и ослепительно прекрасным Бастардом.
Маркус бесстрашно посмотрел в абсолютно черные, бешеные глаза любимого. Стать официальным любовником Императора он мог бы и тысячу лет назад, но не сделал этого, потому что в первую очередь ему нужна была его загадочная бессмертная душа и только в последнюю — могучее тело. С тех пор ничего не изменилось, так что смерть в очередной раз показалось Маркусу самым лучшим выходом.
— Немедленно извинись и прекрати мне перечить! — повысил голос Дариус.
— Я никогда не буду твоим официальным любовником, — твердо сказал Маркус, прекрасно зная, что Император делает с теми, кто смеет открыто ему сопротивляться. И, чтобы уж наверняка, добил: — Что непонятного? И нечего тут на меня орать! У меня, в отличие от некоторых, отличный слух.
— Ты перешел все границы, — прорычал Император и избил своего строптивого камердинера так, что пришедшие врачи принялись оперировать его прямо на полу.
====== Глава 3 ======
Ослепительно белый потолок. Светло-зеленые стены. Капельница. Больница. Опять.
Входная дверь бесшумно распахнулась.
— Черт возьми! Я когда-нибудь умру или нет? — простонал Маркус, повернулся лицом к стене и накрыл голову подушкой, чтобы не смотреть на входящего Императора, который, как всегда, был до безобразия великолепен.
— Выводи меня из себя чаще, и долго не протянешь, — сказал Дариус, присаживаясь на край кровати.
Откинул больничное одеяло и провел рукой по обнаженной спине демона, оставляя ладонь ласкать поджарые ягодицы. Теперь он знал, как хорошо ему в них будет, и это заставляло желать повторения. Снова и снова. Ночь с Маркусом напрочь отбила у Дариуса охоту спать с официальной любовницей, оставляя в мыслях и фантазиях его одного. Такого с ним не было уже очень давно. Он с наслаждением вдохнул прекрасный запах тлеющего в Маркусе желания, к которому за эти полгода привык и которым хотел дышать каждый день, черт побери! Без перерывов на больницу!
— Сколько я провел здесь?
— Два дня. Ты разозлил меня слишком сильно, — ответил Дариус. Наклонился и властно поцеловал в смуглое крепкое плечо. Провел рукой по согнутой ноге и снова сжал в ладони ягодицу. О Господи! Вожделение накатило внезапно и неостановимо. — Я хочу тебя. Прямо сейчас.
— Что тебя останавливает? — мрачно спросил из-под подушки Маркус. — Моя задница на самом виду, а кровать выдержит и не такое.
— Опять хамишь? — возмутился Дариус, разрываясь между желанием избить его за наглость и растущей в геометрической прогрессии потребностью заткнуть ему рот поцелуем и заняться с ним сексом неторопливо, ласково и очень осторожно.
Зачем Маркус все время сознательно выводит его из себя? Неужели не понимает, что он ни за что не убьет такое ценное приобретение?! Все равно добьется своего и сделает его официальным любовником?
— А что мне еще остается? Ты избил меня до полусмерти на ровном месте и, даже не извинившись за хамское поведение, собираешься отыметь прямо на больничной койке, как безмозглую бессловесную подстилку. Вот уж не думал, что на склоне лет меня будет насиловать Император! — глухо сказал Маркус, чем опять вывел понявшего самое главное и не готового к такому совершенно Дариуса из себя.
На этот раз врачи были совсем рядом, поэтому на спасение жизни несчастного камердинера у них ушло всего полчаса.
…
— Не трогай меня, садист чертов! — передернулся от горячей руки на спине Маркус. Он снова очнулся в больничной палате, но на этот раз, Слава всем Богам, смотрел в стену. — Не прикасайся ко мне, безумное чудовище.
— Не беси меня, и все у тебя будет в порядке, — сказал Дариус. Посмотрел на беззащитную спину сжавшегося в комок демона и встал с кровати. То, чего хочет Маркус, невозможно, но возможно то, чего хочет Дариус, а значит, так оно и будет. С некоторыми поправками на упрямого камердинера.— Я не хочу бить тебя и не тронул бы даже пальцем, если бы ты не провоцировал меня специально! И ты это прекрасно знаешь.
Маркус молча принял извинение и облегченно выдохнул, когда Император встал с постели. Ну-ну, кого он хочет обмануть? Себя? Желание всегда выдавало его с головой, тем более сейчас, когда он отчаянно хотел, чтобы Дариус извинился перед ним не только словами. Император скинул одежду, скользнул в постель и виновато прижался к нему всем своим большим горячим телом. Черт возьми! Он что, читает его мысли?
