День выдался непростым. Маркус устало прислонился плечом к стенке скоростного лифта, что нес его домой. Убийство ректора и главного бухгалтера поставило на уши весь Университет и привело в деканат толпу полицейских, которые вымотали всем нервы идиотскими вопросами, тупыми шутками и презрительными взглядами. Будь его воля, он бы их всех на кол посадил! Лифт дзенькнул, открывая двери, и Маркус шагнул в коридор, доставая ключи от квартиры и рассеянно думая о том, что мучения на сегодня еще не закончились. Дверь щелкнула, открываясь, Маркус набрал код отключения сигнализации…
— Я уж думал, ты не придешь.
Насмешливый голос из глубины погруженной во мрак комнаты заставил демона подпрыгнуть от неожиданности и включить настенные светильники, которые услужливо высветили сидящего в большом кожаном кресле Императора.
— Как ты попал сюда? Это частная собственность. Посторонним вход воспрещен, — положил папку на полку у двери Маркус. — Тебя это тоже касается.
Бросил ключи, скинул обувь и пошел в спальню, на ходу стягивая пиджак и жилет. Плевать на Дариуса, пришел и пришел, здесь он ему ничего не должен. Но пристальный взгляд выводил из себя и прожигал дыры на коже. Сволочь любимая! Сейчас опять начнет издеваться. Император его ожиданий не оправдал, потому что из кресла не встал и ничего в ответ на его гневную тираду не сказал.
— Что тебе здесь надо? — спросил Маркус из спальни, прерывая многозначительное молчание и решительно расстегивая пуговицы на рубашке.
Через двадцать минут он должен был быть во дворце в совершенно другом виде и опаздывать не собирался: помимо одевания-раздевания Дариуса у него была чертова куча других дел вроде ругани с поставщиками, портными, модельерами и прочей нечистью, без которой выполнять обязанности камердинера не представлялось возможным.
Маркус снял рубашку и аккуратно повесил в шкаф вместе с жилетом и пиджаком. Вздрогнул от огненного взгляда, хлыстом огревшего его по спине, не выдержал, вернулся в гостиную и встал перед Императором, уперев руки в бока.
— Что ты здесь забыл?
— Ты раздевайся, раздевайся. Только серьгу оставь и цепочку. Очень стильно, и главное, так по-человечески, несчастный влюбленный демон. Не мог историю получше придумать?
— Не мог.
— Тоже мне, умник. У тебя зрение идеальное, а ты очки носишь. Не лень?
— Как хочу, так и одеваюсь! У меня, в отличие от некоторых, прекрасное чувство стиля.
— Поэтому ты хороший камердинер, — насмешливо согласился Дариус. — Продолжай раздеваться. У тебя мало времени.
Маркус глубоко вдохнул, успокаивая нервы, вернулся в спальню и убрал очки в футляр. К черту эту древнюю занозу! Снял брюки, повесил в шкаф, положил одежду для дворца на постель и взялся за ухо, когда за его спиной внезапно возник Дариус. Он отпрыгнул, но тот успел его поймать за плечо. Развернул к себе лицом и крепко взял за подбородок.
— Я сказал оставить серьгу и цепочку. Ты взялся не за то, что нужно.
— Что?
— Что слышал. Из лишнего на тебе сейчас нижнее белье, если ты еще не понял.
— Чего ты хочешь от меня? — вырвал подбородок Маркус.
— На данный момент – увидеть обнаженным, — ответил Дариус, наслаждаясь растерянностью и тонким чистым ароматом разгорающегося в демоне желания.
— Зачем?
— Ты задаешь слишком много вопросов. Снимай трусы. Живо!
— Я профессор пяти университетов, у меня работа такая – думать головой и вопросы задавать, — огрызнулся Маркус.
Увидел стальной блеск в черных глазах и покорно стянул последнюю деталь одежды. Настроения попадать под железный кулак не было, а интерес узнать, что задумал Дариус на этот раз, был. Маркус чертыхнулся про себя: неуемное любопытство однажды загонит его в могилу. Откинул нижнее белье ногой и повернулся вокруг своей оси.
— Все? Ты доволен? Я могу одеваться?
— Нет, — покачал головой Дариус.
Провел рукой по уху с серьгой. Коснулся большим пальцем красиво изогнутых губ. Спустился вниз по шее, плечу, боку. Положил ладонь на чуть выступающую косточку бедра, увидел красивый возбужденный член и крепко прижал демона к себе за талию, запуская вторую руку в его волосы.
— Скажи мне.
— Нет, — вздрогнул Маркус, прекрасно понимая, о чем речь. — Ни за что!
Уж лучше лежать в больнице или одевать Императора по утрам, чем выворачивать душу наизнанку. Дариус легко коснулся его губ своими, провел рукой по спине и властно прихватил ягодицу ладонью. Бешеное желание знакомо пробежалось острыми коготками снизу вверх по позвоночнику и спустилось двумя полосками по шее до сосков на груди.
— Скажи мне!
— Нет! — попытался вырваться Маркус, но в результате оказался прижат к Дариусу еще ближе. Черт возьми!
Губы Императора закрыли ему рот глубоким неторопливым поцелуем. Оторвались на секунду, а потом впились в него страстно, нетерпеливо и почти жестоко. Конечно же, он сошел с ума и ответил: обхватил мучителя за шею, закинул ногу на узкую талию, прижимаясь к нему как можно ближе, чувствуя жадные руки на своем теле и терпкий аромат вспыхнувшего ответного желания.
— Скажи мне… — прошептал Император. Прикусил мочку с серьгой, вызывая стон и серьезно заводясь от этого сам.
