Егор осмотрелся. Позади них было серое поле, а впереди, меж серых полей льда еще несколько холмов. Он закрыл глаза и постарался восстановить в памяти все подъемы и повороты. Первый подъем, затем спуск, в нижней точке которого был родник, обложенный камнем, затем снова подъем и спуск, и на третьем подъеме дорога резко поворачивала вправо. Там стояли ограждения, а за ними небольшое расчищенное пространство, на котором стоял магазинчик, а летом еще и открытая терраса кафе.
Егор открыл глаза и попытался наложить свои воспоминания на рельеф.
— Выходит, что вон тот холм. — Он показал на холм правее.
— Эх, надо было затащить корыта наверх, сейчас бы съехали с ветерком.
Матвей, чтобы не пропадать развлечению, спустился с горы кубарем. Отец смотрел на его прыжки и крики восторга и удивлялся, как дети могут абстрагироваться от прошлого, которое создало определенный набор ценностей, казавшийся неотъемлемой составной частью осознания себя в мире. Как виделось Егору, наблюдавшему за сыном, не такой уж это был ценный набор.
Игорь и Джейн больше не были напарниками, или товарищами по несчастью. Они были семейной парой, и цементировало их отношения то обстоятельство, что Джейн забеременела. Долгие зимние ночи, отменное здоровье не оставили шанса неосторожности. Первое время Джейн очень надеялась, что причиной задержки стало какое-нибудь воспаление, вызванное сквозняками в их лачуге. Она ничего не говорила Игорю, надеясь, что скоро все обойдется. Она молчком пропила антибиотики, но месячные все не приходили.
Игорь заметил странности в поведении Джейн, когда прошел второй срок для месячных. Нервы у девушки стали сдавать. Она приходила в ярость от любого не понравившегося ей ответа Игоря. Могла накричать, оскорбить, а потом так же эмоционально разреветься и просить прощения. Для Игоря подобное женское поведение было не в новинку.
— Эй, подруга, а не беременна ли ты? — Как-то зимним днем выдал Игорь, интуитивно почуяв причину крайних настроений Джейн.
Девушка чуть не швырнула в Игоря чурбаком, который собиралась засунуть в печь. Силой воли подавив злость, она села на пол и разревелась. Игорь поднял ее и отвел на кровать.
— Не пристало тебе попу морозить на холодном полу. — Приговаривал Кружалин.
— Как ты догадался? — Сквозь слезы спросила Джейн.
— Что я, баб беременных не видел? Все вы до беременности разные, а как забеременеете, так все под одну кальку сделанные становитесь. Ты сама давно заметила?
— Два месяца уже. — Сквозь слезы проговорила девушка.
— Поздравляю! Теперь тебе надо беречься.
— Ты дурак! С чем? Для чего нам рожать ребенка? Какую судьбу мы ему уготовим? Это вторая катастрофа, после урагана, которая случилась с нами.
— Джейн! Не говори ерунды. Как случилось, так случилось. Значит, так надо было. Мы же с тобой старались не допустить этого, но судьба решила за нас.
— Я не знаю Игорь, как ты там старался, но святой дух во сне ко мне не приходил. Ты же рад, я вижу. Ты специально это сделал! — Догадка, хотя и неверная, осенила Джейн. — Это была диверсия!
Её глаза снова наполнились слезами. Она по-другому посмотрела на Игоря, будто впервые его увидела. Она уперлась взглядом в глаза Игоря, ожидая оправдания на только что озвученную догадку.
— Джейн, клянусь, что я делал все, что было в моих силах, но возможно их чуть-чуть не хватило. Но я до сего момента пребывал в блаженном неведении относительно твоего положения.
— Это все твое русское «авось».
— А вы, американцы, все набожные, так что прими беременность, как божью благодать!
Джейн метнула глазами молнии, и молчком отвернулась. Игорь пошел топить печь, про которую забыли на время. Он не мог понять, что творилось у него в душе. С одной стороны они нажили себе жуткую проблему, но с другой ему было радостно оттого, что у них будет ребенок. Как бы ни было тяжело, но дети это еще один мотиватор для того, чтобы не зацикливаться на имеющемся положении. Игорь еще помнил своих детей, и те чувства, которые они дарили ему. Он решительно бросил чурбак в светящиеся угли. Его быстро охватило огнем. Дерево защелкало. Нет, ребенок, это хорошо, решил для себя Игорь.
— Я ананасов хочу. — Раздался с кровати голос Джейн.
Слово беременной от тебя женщины, закон. Игорь пошел в кладовую, разгребать запасы. Где-то в глубине их хранились несколько баночек консервированных ананасов.
К следующему холму добрались минут за сорок. День клонился к закату. Посовещавшись, мужчины решили не забираться на холм, а поискать подо льдом достаточный газовый пузырь. Спать на морозе, не поужинав горячим, совсем не хотелось. И Егор, и Матвей, могли по стуку определить, где подо льдом находится пузырь, если его нельзя было увидеть визуально.
Они разделились и принялись обстукивать лед. Темнело стремительно. Матвей первым закричал:
— Иди сюда, здесь газ.
Отец приволок корыта со сложенным в них, всем необходимым. Он достал полую трубку и принялся пробивать ею лед. Матвей в это время ставил палатку. Уже в ночи пыхнуло синее пламя газа, еле просвечивая сквозь ткань палатки.
