По сути, руны особо не отличались от тех свойств, которые я и так мог накладывать. Разница в деталях. Руны стоят гораздо дешевле. Накладываются с помощью маны и ауры. Из них можно составлять цепочки. Я пока не знал для этого достаточно рун, это первые, которые вижу, но… Вдруг тут есть потенциал для программирования?
— Неплохо, — заметил мастер, глядя на то, как я создал первую руну, — А остальные сможешь повторить также быстро?
Я обошёл руны, запоминая детали. Они были объемными и тут каждый миллиметр важен. Об этом где только не писалось. Чем точнее символ, тем он стабильнее и меньше тратит сил. Увидев руны со всех сторон, прикрыл глаза и запустил моделирование. Для мастера прошла всего секунда, а для меня — сутки.
Поведя рукой, я создал три руны. Создать сразу все пока сил не хватило. Дождавшись кивка, по очереди воспроизвел и остальные.
— Удивительно. — выдал он новую оценку, — Лучший результат, про который я знаю — это неделя. Тот маг стал архимагом и знатно перетряхнул миры лет двести назад.
— В моём мире это не является чем-то выдающимся. Нас ещё в школе учат работать с объемными объектами.
Ну, почти. По крайней мере я занимался черчением и умел считать в уме.
— Да? Любопытно. А ты сможешь рассказать, как именно вас обучают? Если результат столь хорош…
— Не уверен. Могу поискать учебники, но они на другом языке. Придется пересказывать.
— А когда ты собираешься в свой мир? — от мастера почувствовался разгорающийся интерес.
— Как раз об этом хотел поговорить. У меня в своём мире остались обязательства. Надо вернуться, думаю, максимум на неделю. Но я не могу оставить просто так подопечную.
— Говори прямо. — кивнул он поощрительно.
— Вы сможете её куда-то… кхм… спрятать?
— Зачем?
— У неё хватает недругов.
— Любопытно.
Бесит, когда он так говорит. Мастер, мягко говоря, был не особо хорош в выражение эмоций. Лицо как камень — это про него. Хорошо, удивительно, любопытно — это те скупые оценки, которые он выдавал с одним и тем же равнодушием, почти с одной и той же интонацией.
— Я слышал, что на днях убили двух поклонников смерти. — отмер он, что-то обдумав, — Они разнесли таверну и устроили бойню. Ты что-то про это знаешь? Любопытно…
Ему мой ответ не требовался. Может он сам эмоции и не выражал, но ответы улавливал раньше, чем я о них успевал подумать.
— Это ты их убил? А ты, оказывается, проблемный. Или скорее это твоя подопечная проблемная?
Что тут скажешь? Я развел руками, признавая его правоту.
— Я смогу за ней присмотреть. — сказал он, — Дам практику, да запру под землей. Тебе это будет дорого стоить.
— Учебники из моего мира устроят?
— Если переведешь их, — усмехнулся он.
Любое подобие улыбки смотрелось на нем противоестественно. Мастер иногда улыбался губами, но никогда — глазами.
— Договорились. Но я сначала хотел бы изучить остальные руны.
— Их тысячи. Сколько ты хочешь изучить?
— Все.
— В вашем мире скромность не в чести?
— В чести, но скромность не моя добродетель.
— Оно и видно. Освой сначала этот десяток. Думаешь, раз сумел воспроизвести, то чему-то научился? Пойдем за мной. Я покажу тебе реальную жизнь.
— Мастер, какая честь, — склонился работящий мужик, стоило ему увидеть, кто к нему зашёл, — Что вас привело?
— Ученика привёл, — кивнул он на меня, — Загрузи его работой. Пусть обрабатывает твою продукцию.
— Оплата? — оживился мужчина.
— Часть продукции он испортит, часть усилит. То на то и выйдет. Оплата пойдет в счёт ущерба. Не стесняйся ему выдать всё. Он парень работящий.
— Как скажет мастер, — поклонился мужчина, бросив на меня взгляд.
В нём так и читался вопрос: сколько я ему прибыли и убытков принесу, что перевесит в итоге.
— Слушай задачу, ученик, — отвел меня в сторону мастер, — Будешь применять все руны на те изделия, что тебе выдадут. Все. — выделил он это слово, — Твоя задача на реальном деле проверить, чего стоят твои навыки. Пробуй вливать разное количество силы, с разной скоростью. Изучи, что ещё влияет на качество. Через неделю жду от тебя доклад. Эти дни проведешь здесь. С подопечной я твоей разберусь, не переживай.
— Хорошо.
Мастер ушёл, а я остался наедине с мужиком. Почти наедине… За его спиной скрывался… Наверное, это можно назвать цехом. Стоял шум и грохот, десятки работяг на заднем фоне ваяли какую-то продукцию. Приглядевшись, увидел в основном обычную посуду.
— Как звать? — спросил меня мужик.
— Эрнест.
— Чужак? Оно и видно. Дикий ты. А я Мохром. Так и обращайся, если что. Руны накладывал уже?
— Нет.
— Эх, надеюсь, ты не весь товар испортишь. Мастера я уважаю, но обидно будет. Пойдем, дам тебе то, что с браком.
Дальше мне показали целый склад, заваленный разного качества изделиями.
— Мастерская делает посуду в основном. Тарелки, ложки, вилки, ножи. Мы много куда её поставляем. Наше качество славится во многих мирах. Но на производстве без брака не бывает. Потом беднякам это сбываем. Если улучшишь, то хорошо.
— Посмотрю, что можно сделать, — взял я первую попавшуюся тарелку, сделанную из какого-то дешевого сплава.
