Все, время снова нормально пошло. Развернулся на месте, на ногах – перекат, корпус на правую перенес, левая согнутая вперед. В картине прицела, один из тех двоих, которые девку тискали – правый. Левого видно хорошо, ПМ его не перекрывает. Эти вообще ничего понять даже не успели, стоят с идиотскими улыбками застывшими на лицах. Девка, вообще непонятно куда смотрит. Она вообще в сознании присутствует? Вот, доходить начало, улыбки начали сползать, тот, который в прицеле посообразительнее товарища – руки вверх поднимать начал. О, второй очухался, тоже поднимает, может инстинкту стадному следует, а может тоже дошло до него. Девка заорала во весь голос, пискляво, противно – в сознании оказывается. Эти двое даже не дернулись, молодцы! На ноги поднялся, левой рукой по пути быстро из кармана магазин свежий достал. Стоят не дергаются. Магазин в пистолете быстро сменил. Свисток вдалеке, патруль стрельбу услышал, скоро будут здесь.
Разгружали долго, принимали, проверяли, записывали, люди устали, измотались. На шеф–капитане, вообще лица не было, серый был, темнее тучи. Амбарный тоже должен был устать нещадно, но нет, как второе дыхание открылось. Может ночь освежала, после дневной жары, а может мысли о предвкушении похода в трактир. Он уже все для себя решил.
Выгрузка окончена, расчет с командой произведен, все потянулись в город в поисках ночлега. Приемный и амбарный задержались дольше остальных, еще раз обошли склад, убедились, что все в порядке, ударили по рукам, произвели расчет. Сумма приличная опустилась в карман амбарного, весом приятным его оттянула. Сверху легло немного – комплимент от грузоотправителя, а вот это весьма кстати. Из основной суммы деньги взять нельзя, мегера с папашкой все прознают. А об этих комплиментах они не подозревают, вот на них можно спокойно в трактире отдохнуть. Вместе с приемным в город пошли, на развилке попрощались.
– Дело у меня еще одно есть, недолгое, но лучше меня не дожидайся, сам доберусь.
Амбарный попрощался с приемным. Руки друг другу пожали. Разошлись. Амбарный постоял немного, подождал пока в темноте улицы раствориться силуэт приемного. Затем налево свернул, к трактиру пошел.
В трактире было не многолюдно, все как всегда – жировые лампы коптили, огни пламени устроили дикие пляски с потьмой. А может то не танцы, может все же бой извечный, кто кого, кто сильнее? Пламя мерцало в фонарях, то ярко вспыхивая, тьму вокруг по углам разгоняя, то жалось к самому низу, к горелке, пыталось залезть в нее, спрятаться.
Амбарный обвел взглядом зал. Парочка изрядно выпивших картор–караванеров, троица из кузни, сталелитейщики – четверо за одним столом, еще двое за другим столом. Странная парочка воин и вожатый, оба незнакомые, не видел их никогда, может с караваном прибыли. Двое вышибал возле стойки – коренастые, сбитые, наголо выбритые. У обоих парней татуировка похожая – какая–то вязь от левого уха по шее вниз к плечу спускается. Вот и трактирщик, собственной персоной. А ее в зале нет. Подошел к стойке.
– Доброй ночи уважаемый Сан сен Гор!
Поприветствовал трактирщика амбарный.
– И тебе здравствовать Сэмэ.
Вообще без эмоций, буднично проговорил трактирщик. К краю стойки подошел.
– Чего налить? Квас холодный есть. Есть брага, резкая, холодная – рекомендую. Или, может тебе чего покрепче?
– Квасу налей.
Трактирщик пожелание клиента выполнил. Сэмэ к кружке приложился, и вправду, квас холодный, ржаной, о духи Пустоши, какое же это блаженство!
– Скажи уважаемый Сан сен Гор, а Виолетта сегодня занята?
Тихо, вкрадчиво произнес амбарный. Трактирщик посмотрел на него, потом за спину амбарного в зал заглянул. Сэмэ машинально проследил по направлению взгляда трактирщика, тот смотрел на парочку – воин и вожатый, которые о чем–то увлеченно говорили, на других внимания не обращая.
– Похоже, что уже свободна.
Произнес трактирщик. Снова переведя взгляд на амбарного.
– Мика, проводи нашего гостя дорогого, наверх к Виолетте.
Мика, один из сидевших у стойки вышибал, поднялся со своего стула. Сэмэ залпом осушил кружку с квасом. Пошел наверх, вслед за охранником. Поднялись наверх, в коридоре царил полумрак, пламя жировых горелок едва разгоняло темноту, оно явно проигрывало в этой схватке. Дошли до нужной двери, хлипкая дверь из листа какой–то древесины, непонятной структуры – волокна расположены хаотично, друг поверх друга, навстречу, поперек, что за странное дерево. Из щелей двери лился мерцающий тусклый свет. Мика постучал в дверь.
– Виолетта, к тебе посетитель.
– Пусть заходит.
Раздался из–за двери приглушенный знакомый нежный голос. Мика дверь открыл, отступил в сторону, амбарного пропуская. Сэмэ вошел в комнату, дверь за ним тотчас закрылась. До него донеслись звуки, удаляющихся по коридору, шагов вышибалы. Она сидела у тумбочки с небольшим зеркалом, легкое длинное платье на ней, вырез на спине черными локонами волнистыми прикрыт, запах пряного масла и лаванды. Перед глазами поплыло, голова закружилась. Женщина развернулась на стуле, глаза удивленные. Разочарованные? Она явно ждала кого–то другого.
