За рощей гигантских мертвецов вновь начался валежник, к счастью, вполне проходимый и неядовитый. Но здесь меня и мою спутницу поджидала другая напасть — полыньячные колодцы, которыми кишел Желтый Лес. Да еще и повсюду искусно обрытые лешаками коряги. Попав в эти рытвины-капканы, обязательно застрянешь, а то и сломаешь ногу…
Волосы выбивались из-под капюшона и цеплялись за сучья, ветки и цепкий папоротник. Сухая трава гулко шуршала, точно мы находились не в лесу, а в пустом зале. С носа капал холодный пот страха, но мы шли. Нам казалось — мы спешим изо всех сил, а на самом деле мы еле плелись.
Чужие чувства изводили сильнее усталости и страха. Я продиралась не только через лес, я продиралась через его мысли, стараясь не упустить единственное драгоценное тепло — то ускользающее, то бледно горящее во тьме. Только оно хранило меня в сознании, только благодаря ему я шла и обходила опасности. Мальчишки… Пламень их сердец, ищущих нас и зовущих.
Сложно было понять, нашли они друг друга или так и бродят поодиночке, но они направлялись навстречу нам, и как бы это ни было далеко, но не дальше, чем надежда.
Так прошло еще около часа и мы выбрались, наконец, к болотам. Впереди, в двух верстах, лежала Падалья Пустошь, за ней — лагерь. Однако на две версты простирались топи и чаща. Там схоронилась вырубленная щипучая поляна, там блуждали заколдованные тропы, там поджидала неминуемая смерть, впрочем, как и повсюду. Поразмыслив, я отдала предпочтение дикой тропе, что стелилась вперед — в черноту и неизвестность. С наступлением полной ночи, Ив поборола гордыню и взяла меня за руку. Она думала, что я расценю это как слабость, но я только облегченно вздохнула. От тепла и податливости ее руки я показалась себе значительнее и сильнее, вместе было спокойней, и страх разжал на сердце кулак.
Тропа привела к подножью перелеска и уперлась в болото. Колдовской лес повернулся к нам своим уродливым лицом, и мы вынуждены были остановиться. Враждебный и таинственный мир тотчас шагнул нам навстречу. Он наполнился громкими шорохами и голосами. Все, что пряталась по логовам и норам, вышло на охоту. Сквозь мглу оборотни и маигры потянули к нам свои жадные ненасытные щупальца. Давненько у них не наклевывалось такой добычи. Я слышала их черный голод, на сей раз это не казалось мне бабушкиной байкой. Слабое урчание выдавало тех, кто притаился в трясине, на исходе дикой тропы. Слабое, еле слышное урчание голодных желудков. Мне понадобилось немного времени, чтобы сопоставить это урчание с зелеными огнями. Холодные огни не видели нас, но их обладатели чуяли сладкий запах человека.
— Маигры! — произнесла я. Рука сама собой достала из ножен меч.
— Сколько?
— Две… По одной на брата!
— Убери меч и не двигайся! Они не тронут меня…
— Ведьмы с две! В этой мгле они тебя даже не увидят! Хочешь сказать, у красавиц особый запах?
Закончить прения не пришлось. Над головой затрещала ветка. Мы вскрикнули, крик нырнул и пузырьком задержался в горле. Но в кромешной тьме не видно было и меча, вздернутого навстречу шуму.
— Тихо вы, трусихи, — послышался знакомый печальный голосок. — Далеко забрели. Я предупреждала. Теперь вас точно съедят или заколдуют…
— Ты прилетела сообщить нам об этом?! — возмущенно спросила Ив. По всей вероятности, эта Угрюмая Фея ей тоже была знакома.
— Неправда, — обиженно ответила та и зажгла колокольчик на шапочке, — я приглядываю за вами. Кое-кто попросил меня не упускать человечьих дев из виду. И раз уж вы все-таки вляпались, мне придется вытащить вас отсюда.
— Интересно знать как? Тут так темно, хоть глаз выколи, — с раздражением ответила я.
— Ну, я-то в отличие от вас вижу хорошо, — гордо и чуть торжественно сказала Угрюмая Фея. — Маленькая человечья дева снимет свой пояс, я возьмусь за один конец, а вы — за другой. Только советую ступать шаг в шаг, да постарайтесь не отставать! Люди медлительны.
— Откуда нам знать, что ты не заведешь нас в полыньячную яму? — на всякий случай поинтересовалась Ив.
— Вы и без меня прекрасно с этим справитесь, — чуть посмеиваясь, ответила фея. — Глупые девы! Маигры не ждут! Крадутся! Слышите?
Стал накрапывать теплый противный дождик, маигры подползали, Ив вздохнула и без лишних пререканий сняла свой пояс. Ухватившись за него, мы двинулись в непроглядную тьму вслед за Угрюмой Феей. Пожалуй, фее можно было доверять. Смущало другое — кто-то попросил за нас. Кто же? Никто, кроме Талески, не знал, что мы застряли в глухих дебрях Желтого Леса.
