– Ничего не связывает, миледи. Только с Бронсо. Меня зовут Эннзин, и я знал его и твоего сына, когда они были гораздо моложе. Это я помог твоему человеку найти Бронсо и Пауля, когда мальчики… исчезли. Я их никогда не забывал, а Бронсо не забыл меня.
И он вышел, прежде чем она смогла еще о чем-нибудь спросить. Глядя на загадочное послание, Джессика ногтем сковырнула печать и развернула листок с медно-пурпурным гербом дома Верниусов.
«Дорогая леди Джессика.
Хотя по причинам, болезненным для нас обоих, я отвернулся от дома Атрейдесов, сейчас я вспоминаю тесные отношения, которые когда-то существовали между нашими домами. Я знаю, что ты недавно посетила Баллах IX, и с нетерпением жду известий – правдивых известий – о матери. Я буду у тебя в огромном долгу, если, возвращаясь на Каладан, ты остановишься на Иксе и навестишь меня.
Я по-прежнему живу во дворце, хотя и лишен буквально всей власти. Совет технократов устранил мое влияние и теперь руководит нашим обществом. Мне очень срочно нужно поговорить с тобой – о Пауле.
С уважением и восхищением, Бронсо Верниус».
Свернув сообщение и вновь засунув его в цилиндр, Джессика вышла из каюты, чтобы договориться о своей высадке на Иксе. Планета в трех остановках.
Добравшись до подземного города Верни, Джессика заметила множество перемен, происшедших за двенадцать лет с ее последнего посещения планеты, говоривших о процветании: множество новых зданий, растущая промышленность, толпы людей разных рас в дорогой одежде. Перевернутая линия горизонта, очерченная зданиями-сталактитами, стала намного сложнее; многочисленные административные здания были возведены скорее с утилитарной целью, чем ради красоты.
Во дворце Джессику встретил человек с волосами медного цвета. Она сразу его узнала. Бронсо выглядел изможденным и усталым – мешки под глазами, утомленное лицо. Поникшие плечи. И было ему совсем не весело.
– Леди Джессика, не могу выразить, как высоко я ценю ваше появление.
Когда он протянул руку, Джессика увидела на его правой руке драгоценное кольцо дома Верниусов. Когда-то Ромбур носил такое же.
– Ах, Бронсо! Как долго мы не виделись! – Слова полились потоком. – Я только что видела твою маму. Она жива. Она на Валлахе IX.
Лицо молодого человека просветлело.
– За последние годы нам несколько раз удавалось обменяться записками. Будь у меня военные силы или политическое влияние, я потребовал бы ее освобождения. – Плечи Бронсо запрыгали. – Но что я могу сделать для нее отсюда? А сестры заботятся о ней? – Знаком он пригласил Джессику идти за ним. – Расскажи мне о ней. Какой она кажется? Скучает ли по мне?
Джессика быстро рассказывала, пока он вел ее по длинному коридору, где столы и статуи выглядели пыльными. Мебель по-прежнему была очень дорогая, но никто за ней не ухаживал. Бронсо остановился на пороге комнаты без окон. Заканчивая рассказ о Тессии, Джессика поняла, что он пытается отвлечь ее, и удивилась, что он привел ее в это безопасное место, а не в какое-нибудь роскошное помещение на балконах.
Бронсо открыл дверь. Он явно нервничал.
– Внутри можем поговорить еще.
Джессика не решалась войти, предчувствуя что-то необычное, но не способная определить, что это. Комната казалась светлой и чистой.
Он закрыл за ней дверь, включил несколько систем безопасности и явно расслабился. Кивком пригласив ее сесть у фальшивого камина в стене, Бронсо сказал:
– Дом Верниус не тот, каким был когда-то. Наши фабрики работают, и клиенты прилетают со всех концов галактики. Вокруг меня Икс превратился в машину, создающую огромную прибыль. Но я посреди всего этого одинок и забыт. Болиг Авати и Совет технократов вообще не видят необходимости в правящем семействе на Иксе. Они предлагают независимую конфедерацию.
– Мне жаль это слышать. – Джессика не понимала, чего он от нее хочет и чем она может ему помочь. – Я бы хотела как-то улучшить твое положение. Но в твоем сообщении говорится, что ты хочешь поговорить… о Пауле.
Она не могла открыть ему свое страшное решение.
– Приглашение пришло не от меня, миледи.
Дверь справа от нее открылась, и в комнату вошел Пауль – но не в костюме фримена, который обычно носил, даже вдали от Дюны, а в черном официальном мундире дома Атрейдесов, с гербом – красным ястребом. Вел он себя с ледяным достоинством, которое напомнило Джессике о Лето.
– Тебя пригласил сюда я, мама.
Джессика застыла: Пауль остановился рядом с Бронсо, человеком, который как будто порвал все связи с домом Атрейдесов.
–
Время сжалось до единственного мгновения, и сразу вспомнилась вся подготовка Бене Гессерит. Если она действительно намерена совершить немыслимое, вот ее шанс. Пауль ничего не подозревает.
Когда она приняла решение остановить его, внутри ее всю словно выжгло. Сын поклялся стерилизовать еще одиннадцать планет. Нужно лишить его этой возможности, покончить с непрерывным разрушением.
