Пески обрушились на нее, неся с собой пыль и дымку, они вращались все быстрее, обжигали – и наконец она обнаружила, что трет глаза и видит подземное помещение, чувствует запахи воды, мертвого червя, горькой желчи.
Алия тоже очнулась. Она привыкла к наркотику, и ее организм переработал его быстрее. Темно-синие глаза девушки были широко раскрыты, губы изогнулись в изумленной улыбке. Рядом с ней, выпрямившись, скрестив ноги, сидел Дункан, еще не пришедший в себя.
– Я видела Пауля, – сказала Алия.
Сердце Джессики забилось чаще.
– Что он тебе сказал?
Улыбка Алии стала загадочной.
– Этим не могут поделиться даже дочь с матерью. – Джессика с опозданием поняла, что Алия тоже огородилась стеной. – А что испытала ты?
Джессика слегка покачала головой.
– Это было… поразительно. Мне нужно обдумать увиденное.
Когда она встала, затекшие ноги подсказали, что она пробыла в трансе долго. Во рту пересохло, сохранялся неприятный вкус проглоченной жидкости… и ее необычные видения тоже не таяли.
Джессика оставила Алию сидеть возле Дункана. Молодая женщина держала гхолу за руку и вела его на заключительном этапе его путешествия. Но Джессика ушла раньше, чем он проснулся.
Наряду с приготовлениями к свадьбе быстро шло строительство грандиозного храма святой Алии и Муад'Диба. На центральной площади установили гигантскую статую Януса, символизирующую двойственность брата и сестры, два лица смотрели в противоположные стороны: в будущее и в прошлое – Алия и Пауль.
Отчеканили новые монеты с профилем Алии: на одной стороне – мадонна с двумя младенцами, и над ними едва заметный образ Пауля Муад'Диба, как благословляющий дух, на противоположной ястреб – герб Атрейдесов и написанные в имперском стиле слова «АЛИЯ РЕГЕНТ». Алия, кажется, на примере брата усвоила искусство создания мифов; еще во времена правления брата девушка превратилась во влиятельного религиозного лидера на Дюне.
Несмотря на ожидание радостного события и волнение перед венчанием, Алия трезво отдавала себе отчет в том, что ее окружают опасности – и Джессика не могла рассеять ее опасений. Такое празднество действительно было большим искушением для тех, кто попробует применить насилие. Отряд амазонок никогда не покидал регента, а отряд фрименов во главе со Стилгаром постоянно охранял вход в оранжерею, где находились близнецы. Все прибывающие инопланетные корабли тщательно обыскивали, каждого пассажира опрашивали, каждый груз сканировали.
Внутренний круг священников Алии также усилил меры предосторожности, и кизара Исбар гордо принял гораздо более важную роль, чем прежде. Когда этот человек прилетел на Каладан сообщить о смерти Пауля, его раболепие не понравилось Джессике. И теперь, чем чаще Исбар утверждал, что помогает Алии, тем меньше одобряла его действия Джессика.
Но, когда она получила тайное сообщение о заговоре с целью покушения, о заговоре, во главе которого стал Исбар, даже ее поразила дерзость этого плана. Она снова и снова перечитывала тайное сообщение, слушала незаметно записанный разговор, в котором в подробностях излагался план Исбара. Потом вызвала к себе Гурни Халлека.
– Берегись гадюки в собственном гнезде. – Шрам Гурни побагровел. – Разве Корба, человек Пауля, не пытался сделать что-то подобное?
– Да, и поэтому был казнен. Корба хотел сделать из Пауля мученика, чтобы жрецы могли использовать его память в собственных целях. Теперь эти люди хотят так же поступить с Алией. Если они уберут ее с поста регента, им придется беспокоиться только о младенцах-близнецах.
– Ты тоже можешь оказаться целью в их списке, миледи. И Ирулан. Амбиции растут, как сорняки, и вырвать их трудно. – Рослый мужчина покачал головой. – Ты уверена в информации? Кто докажет, что она правдива? Мне не нравятся анонимные источники.
– Для меня источник не анонимный. Я верю в его безупречность, но не могу открыть его имени.
Гурни опустил голову.
– Как скажешь, миледи.
Она знала, что много просит от него, но надеялась на полное принятие. Джессика прилетела на Дюну, чтобы почтить память Пауля, укрепить имя их Великого Дома и проявить уважение к павшему вождю – ее сыну. Но для дочери она должна была сделать не меньше. Алия в такой же степени Атрейдес, как и Пауль.
Джессика постучала по листочку пряной бумаги с тремя написанными на нем словами.
– Здесь три имени. Ты знаешь, что делать. Мы не можем доверять никому, даже внутреннему кругу Алии, но тебе я верю, Гурни.
– Я разберусь.
Он сжал кулаки, мышцы его напряглись. Когда он вышел, Джессика перевела дух. Она понимала, какую цепь событий запустила.
