Точно громадное бревно обрушилось Горну на спину, и тут же его страшно сдавило поперек туловища, перевернуло. В уши ударил истошный вопль Норы. Вскинувшись, Горн выгнул шею, отчаянно пытаясь увидеть хоть что-то, но их уже тащило по гладкому полу, спрессованных в монолит. Напрягшись до хруста в суставах, гигант чуть развернулся и наконец увидел.
Это был вовсе не питон-душитель, как показалось ему вначале, а два громадных щупальца, покрытых устрашающими присосками и густым ворсом. И волокли они спеленатую парочку прямиком к выходу, теперь наглухо перекрытому кожистым, мерно пульсирующим телом. В центре его уже разверзся огромный беззубый рот с толстым кольцом губ и слизистыми буграми, уводившими в широкую глотку. Эта чудовищная пасть могла поглотить обоих любовников, не поперхнувшись. Щупальца подтянули их к самому выходу, и здесь Горну удалось наконец упереться ногами в сужавшиеся стены, остановив гибельное скольжение. Бедра и спина его закаменели, но разорвать захват гигант не смог — обнаружились-таки пределы и его силы. Безжалостно втиснутая в него Нора по-прежнему не могла ничего видеть и только косила по сторонам ошеломленными, перепуганными глазами, а ее чересчур длинные, как оказалось, ноги были напряжены и вытянуты так, что почти касались пальцами фиолетовых, нетерпеливо шевелящихся губ.
— Ноги… — выдавил из себя Горн.— Убери ноги!
Девушка послушно поджала колени, а он наконец сумел вырвать руку. Дотянувшись до костра, выхватил пылающее полено и с силой зашвырнул в распахнутую пасть, в самую глотку. Губы разом сомкнулись, и чудище содрогнулось, разочарованное угощением.
Зарычав, Горн снова надавил ногами, напрягая свои мышцы до предела, выжимая из них все. Теперь он уже боролся не столько со щупальцами, сколько с этим злополучным ограничителем, приводившим его в бешенство. “Я сломаю тебя! — орал гигант мысленно.— Ты мне не нужен!..”
Все силы он бросил вовне, и на секунды внутри образовался вакуум. А затем где-то словно плотину прорвало, и в эту пустоту хлынула новая мощь, без задержки перекачиваясь в мышцы.
Со скрипом, мало-помалу, чудовищные кольца стали раздвигаться, и так же постепенно расправлялись сплющенные торсы любовников. Вот уже появился крохотный просвет. Изогнувшись, Нора выскользнула из страшной спирали, напружиненным задом снова едва не въехав в протянувшиеся к добыче губы,— Горн только застонал. Но девушка уже бежала на четвереньках к сваленным в углу доспехам. Выхватив из груды лучемет, крутнулась — и лицо Горна опалила близкая молния. Его дернуло с такой силой, что сорвало с упора и закрутило. Однако на пол гигант упал уже свободным и сразу отскочил в глубину пещерки.
А когда оглянулся на вход, поперек отверстия медленно сползали два широких щупальца. Горн ждал, когда они наконец закончатся, но щупальца все тянулись и тянулись, устрашая длиной. Потом вдруг шлепнулись концами внутрь пещеры — взвизгнув, Нора выстрелила снова. Огонь опалил ворсистую кожу, присоски ослабли, и гигантский спрут провалился вниз. Метнувшись ко входу, Горн увидел, как тот, словно клубок питонов, катится по крутому склону. Затем кошмарный гость скрылся за краем обрыва.
— Всемогущие Духи! — прошептала за спиной Нора.— Да разве такое бывает?
— А может, это покойный Ун заскочил попрощаться? — со смешком откликнулся Горн.— Ведь это его тотемный зверь!..
Нагнувшись, он поднял сорванный плащ, укрепил на прежнее место. Затем повернулся к девушке и осторожно ее прощупал. По мускулистой Нориной спине уже проступали в несколько рядов синяки — следы исполинских присосок; однако ни переломов, ни вывихов Горн не обнаружил — удивительно, если вспомнить, в какой блин сдавливалась ее грудь. Если уж его железные кости ныли до сих пор…
— Ужас какой! — вздохнула Нора и прижалась к нему.— Они так охотятся, знаешь?.. Ползают по склонам и прощупывают пещеры. Но я и вообразить не могла, что они вырастают до такого… — Ее передернуло.— Он переварил бы нас живьем, представляешь?
Девушка вдруг рассмеялась, в восторге забарабанив кулаками по его гулкой груди, и призналась:
— В первый момент мне почудилось, будто нас настиг Тор!
Горн тоже хохотнул и поднял ее на руки.
— А кого ты боишься больше? — поинтересовался он.— Глупый, маленький, нашкодивший котенок… Львица!
— Ну ладно, чего ты? — пробормотала Нора смущенно.— Мало ли что…
— Кстати, по-моему, эти твари не бродят парами,— заметил гигант.— И я не вижу, почему бы нам не продолжить?
— Погоди, милый, дай дух перевести. Уж очень крутые перепады…
— Тогда самое время подкрепить силы.— Горн присел на неостывший валун, опустив девушку себе на колени.— У меня внутри гуляет ветер.
— Любовь моя, неудивительно! — залилась она счастливым смехом.— Зато я теперь полна тобой…
