Вход в тупичок заслонила громадная туша, и юноша с изумлением узнал в ней полумифического крога, прежде знакомого ему лишь по картинкам да устарелым доспехам Львов. Древний ящер громоздился перед троицей, топорщась наростами и шипами, и ворчал на таких низких тонах, что рык ощущался больше кожей, наводя ужас. А еще сильней впечатляли саблевидные когти на могучих лапах и массивная клыкастая пасть.
— Сейчас я вышибу ему мозги,— пророкотал Горн и двинулся на чудовище.— Если найду.
— Постой! — воскликнула Нора.— Это же Ревун… Так вот где они его прячут!
Проворно она спрыгнула с Эрика и заковыляла к ящеру. Разглядев женщину, зверь оборвал рык и грузно опустился на четвереньки, подставляя морду под ее ласковые тычки.
— Как же его сюда доставили? — удивился Горн.— По частям?
— А оружие? — напомнил Эрик.— Его-то как сюда пронесли?
Гигант подошел к ящеру, задумчиво его оглядел.
— Между прочим,— сказал он,— а не ему ли скармливали голышей?
— Но не голодать же мальчику? — простодушно возразила Львица.— Разве на такую махину напасешься дичи?
Мгновенным взмахом Горн шлепнул женщину по губам, и она отшатнулась с негодующим воплем:
— Разорви тебя Ветер!.. За что?
— Об этом спроси у Эрика,— бесстрастно ответил гигант.— Среди съеденных могли оказаться его родичи.
Нора оглянулась на Тигра, растерянно моргнула. Вспыхнув, он отвернулся и стал яростно пропихиваться сквозь скальную щель к вожделенному складу. Впрочем, выбор оказался здесь не слишком велик: Эрик только и смог отобрать, что по паре массивных мечей для себя и Горна — в ножнах и на широких поясах; легкий изогнутый клинок — из, видимо, предпочитаемых Норой; да три тяжелых игломета. Еще он прихватил немного еды для Горна, а больше не удалось разжиться ничем — ни одежды, ни лат здесь не хранилось.
Больше всего Горн обрадовался еде, подметя ее мгновенно. Затем навесил на себя мечи и снова ушел вперед. Торопясь, Львица ловко вскарабкалась ящеру на загривок и уселась, свесив ноги по сторонам страшной морды. Ударила голыми пятками по челюстям зверя — тот с готовностью поднялся. Эрик передал женщине меч и два игломета, третий вскинул себе на плечо.
— Малыш, ты прости меня,— сказала она вдруг.— Я же не знала!..
— Ладно-ладно,— проворчал Тигр.— Смотри, не расцарапай себе зад об эти шипы.
— Станет невтерпеж, я пересяду обратно, хорошо? — живо откликнулась Нора и рассмеялась. Подавив усмешку, Эрик кивнул и поспешил за напарником, с удовольствием ощущая ладонями рифленые рукояти мечей. Конечно, сжимать Норины коленки было еще приятней, однако Горн прав: руки сейчас лучше иметь свободными.
А пещера все тянулась, такая же необжитая и пустая, и каждый новый поворот не приносил изменений, словно они ходили по кругу. Эрику уже стало казаться, что крог был здесь единственным обитателем, однако Горн по-прежнему скользил впереди, напряженный как струна, и близко к себе не подпускал, чувствуя дистанцию спиной.
А затем вдруг остановился, глядя за очередной поворот. В несколько секунд Эрик нагнал его, встал рядом. И тут же за их спинами клацнули когти крога.
Все-таки они достигли конца галереи. Завершалась она вполне скромной дверью, перед которой застыли в ряд воины.
— Вот и все,— угрюмо произнес Горн.— Отбегались!
Это были гиганты не хуже самого Горна, к тому же упакованные в латы и при полном вооружении. Однако оказалось их всего трое, и непонятно, чем могли они устрашить богатыря-Стража, неудержимого словно стихия.
— Уходите,— негромко сказал Горн.— Может, успеете укрыться на складе. Эрик, я прошу: спасай Нору.
— Но послушай, Горн…
— Делай, как сказано! — рявкнул исполин.— У вас минуты — в лучшем случае.
И он вышел вперед — один против трех. Вопросительно Эрик поднял глаза на Львицу, но та лишь яростно мотнула головой и потянулась за иглометом.
Внезапно все четверо — Горн и трое его противников — сорвались с мест и превратились в бесноватые смерчи, почти растворившись в воздухе. Потом кто-то на миг возник, затем в другом месте мелькнула скошенная фигура, звякнули мечи — раз, другой; наконец все смерчи разом сомкнулись в один вихрь и по пещере разнесся дробный перезвон клинков.
“Так это ж Невидимки! — вдруг понял Эрик.— Разорви меня Ветер!.. И в кого здесь стрелять?”
Напрягаясь, он различил в мареве бешено крутящиеся фигуры, но невозможно было распознать среди них Горна, тем более — пытаться ему помочь.
— Что это, Эрик? — растерянно крикнула Нора.
— Уходи! — ответил он.— Гони крога к складу, запрись — там много еды…
— Эрик, ты что?
— Иначе съедят тебя! — с яростью добавил он.
По ушам вдруг резанул пронзительный вопль, от вихря отступила шатающаяся латная фигура и опрокинулась на спину. Грудь ее оказалась развороченной настолько, будто внутри взорвалась мина, и все-таки фигура еще шевелилась, пытаясь подняться,— смотреть на такое было жутко, словно на оживающего мертвеца. Конечно, это был Невидимка — безумный и беспощадный убийца, неодолимый никем, кроме… таким же?
