— Ладно, потешь себя этим,— произнес Горн.— Вам строить, нам ломать. Хорошо уже и то, что ты не сможешь расчистить для Лота место, как обещал… Верно, милая?
Львица улыбнулась зловеще. Кажется, ее ненависть уже нашла себе свежую цель, и вряд ли теперь Бонш проживет долго.
А Горн снова поднял глаза на дыру.
— И куда же ведет этот ход? — поинтересовался он.— Судя по давлению, столб не слишком высок.
— Ошибаешься,— возразил пещерник,— там сотни локтей… Кстати, можешь с меня сойти,— обратился он к Эрику.— Или я очень страшен?
Усмехнувшись, Тигр убрал ногу и вернулся к приговоренной, по-прежнему равнодушной ко всему. Аккуратно снял с нее ремни и связал Боншу руки — тот не возражал.
— Ну что, Эрик,— спросил Горн,— подождешь меня здесь?
— Еще чего!..
— Дружище, я не сомневаюсь в твоей храбрости,— произнес гигант,— однако здесь потребуется еще кое-что.
— Вот это? — догадалась Нора, проворно стаскивая с себя комбинезон. Снова вырвались на волю куполообразные груди, оголился упругий живот с четким треугольником золотистого пушка в основании, а леопардовая шкура уже стремительно сползала по мускулистым бедрам, обнажая женщину совершенно. И тут же Бонш круто отвернулся, пряча глаза, а рядом с Эриком слабо охнул и сполз спиной по стене бедняга Лев, погружаясь в глубокий обморок.
— Слабонервные,— проворчал Горн.— Но, девочка, тебе-то идти туда и вовсе ни к чему!
— Может, ты меня свяжешь? — с вызовом спросила Львица, продолжая освобождаться от колец, браслетов, ожерелий и поясков.— Ну давай, Горн, давай!..
Действительно, она была прекрасна в своей законченной наготе — гордая и бесстрашная, словно божество. Как же Эрик проглядел ее в Столице?.. Вздохнув, юноша стал выбираться из скафандра, и это оказалось проще, чем он опасался,— все-таки он прошел долгий путь. Нора наблюдала за ним с любопытством.
— Какая прелесть! — засмеялась она вдруг.— Можно потрогать?
— Ладно, развеселилась!..— пророкотал Горн, нетерпеливо срывая с себя пластиковую оболочку.— Думаешь, мы уже у цели?
— А разве нет?
— Снова у меня дурные предчувствия, а ими пренебрегать не стоит — вот он знает,— Горн кивнул на Эрика.— И лучше бы тебе остаться.
В ответ Львица лишь яростно тряхнула гривой. Сорвав с себя последнее, гигант выпрямился, вздохнул полной грудью. Впервые Эрик увидел его без одежды — зрелище ошеломляющее. Почти целиком Горн состоял из громадных плотных мускулов, похожих на полированные глыбы, а ложбинки между ними напоминали расщелины. Но соразмерность этих чудовищных пропорций завораживала — неудивительно, что и Нора смотрела на исполина с восторгом.
— Ладно, успеете еще наглядеться,— проворчал Горн,— и на меня, и друг на друга.
Надвинувшись на Бонша, он накрепко привязал пещерника к торчащей из стены скобе, между делом допрашивая его в своей обычной манере — стремительно и напористо, однако негромко. А Нора тем временем склонилась над поникшим юношей-Львом, принявшись звонко хлестать его по щекам. Спустя минуту парень приоткрыл глаза, но при виде абсолютно голой Львицы, своей близкой родственницы и госпожи, тут же испуганно зажмурился вновь.
— Эрик, пойдешь последним,— своим дальним шепотом распорядился Горн, уже направляясь ко дну колодца.— Только не пускай Нору раньше, чем через пять минут — мало ли… Ты понял?
Тигр кивнул. Просунув обе руки в колодец, гигант мощным рывком вогнал себя внутрь и пропал. Проводив его взглядом, Львица снова повернулась к родичу.
— Подождешь нас здесь, Лотр,— приказала она.— Слышишь?.. Позаботься о сестре, приглядывай за пещерником. И не вздумай открывать дверь, даже если этого потребует сам Тор!.. Ты понял?
Помедлив, парень кивнул.
— Я бы взяла тебя с собой,— чуть мягче добавила Нора,— но ты ведь не разденешься даже ради моего спасения, верно?
Лев глубоко вздохнул и опять стал клониться набок, из двух зол выбрав третье. Зло встряхнув его, Нора выпрямилась.
— Жаль, из этого колодца нельзя черпать воду,— с досадой сказала она.— Я бы опрокинула ведро на голову этому дуралею.
Легкими шагами Львица приблизилась к самой дыре, запрокинула лицо.
— Все? — спросила она у Эрика.— Прошли пять минут? Ну так помоги мне… Смелее, мальчуган!
