— Угу, — подтвердил я. Она не помнила, да и мои воспоминания уже блекли, выцветали, будто древние фотографии, вытеснялись новыми яркими впечатлениями, и хотелось забыть все, что тогда было, забыть, как дурной сон, такой, чтобы после пробуждения только помотать головой — приснится же такое… И Алиса — рядом, яркая, живая, настоящая…
Господи, почему там не оказалось спасателей, и как вышло, что реактор пошел вразнос когда все уже были в двух шагах от выхода, сколько там не хватило, тридцать секунд? И как она умудрилась спасти всех и почти выбраться, схватив при этом смертельную дозу радиации? И эти четырнадцать дней… Черт, целых четырнадцать дней…
Алиса медленно покачала головой. Наваждение рассеялось.
— Бад и остальные знают об этом?
— Не думаю. После взрыва нас обоих расшвыряло в разные места и времена. Тебя — сразу сюда, а меня занесло в одно довольно поганое местечко, пришлось пробираться через какие-то чертовы прерии, вроде Дикого Запада… Там меня и подхватил десантник. Теперь он думает, что я и вправду ковбой.
Девушка хихикнула.
— Ты ему расскажешь когда-нибудь?
— В отдаленном будущем, может быть. В любом случае, он не должен услышать правду от тебя.
— Я похожа на дурочку? — рыжая притворно оскорбилась.
— Ты не хочешь слышать ответа на этот вопрос.
— Ковбой, ты бука, — фыркнула она. Помолчала секунд десять, но больше не выдержала. — Надолго мы здесь застряли?
— Спроси что полегче.
— Это было самое простое. — в кабину врывался свежий воздух, он играл с ее волосами, словно котенок с фантиком, самозабвенно, неутомимо и раздражающе. — Меня эти психи уже начинают доставать.
— Всерьез? Клэм или Бад?
— Нет, не в этом смысле, — она состроила мне рожицу. — Но согласись, что жить в приюте для умалишенных, замаскированный под бар, со временем несколько надоедает. Очень мягко выражаясь.
— Посмотри на это с положительной стороны, — предложил я, — кому придет в голову искать двух специальных агентов из Корпуса Спокойствия в этой дыре?
Алиса фыркнула, но спорить не стала.
— И кстати, — добавил я, — я вытащил тебя не только затем, чтобы мирно поболтать о всяком дерьме, как в старые времена — хотя видит бог, я по ним скучаю — а с более прозаической целью.
— Трахнуть под звуки духового оркестра?
— Если это нужно для задания, мэм, я пойду и на это, мэм, — рявкнул я, приложив кончики пальцев к пустой голове. — Нет, на самом деле мы сейчас едем за покупками.
— Оружие, взрывчатка и прочее дерьмо? — рыжая вся подобралась. — Чтобы свалить отсюда, придется прорываться с боем? Ты уже разузнал насчет местных барыг?
— Нет, ничего такого, — я рассмеялся. — Просто тебе нужна новая одежда и косметика. И еще кое-что по мелочи.
Я впервые видел растерянную Алису.
— Ковбой, тебя на твоем Диком Западе, похоже, крепко приложили по куполу — какая, к дьяволу, косметика?
— Даже и не представляешь, насколько ты права… А косметика обыкновенная — «АртритСтринг Дайм Дифенс» или «Оруэллфлейм», словом, какую выберешь.
На меня смотрели очень круглые и бесконечно удивленные глаза. Ветер продолжал прорываться через систему вентиляции и вытворять разное с отросшими рыжими прядями. И я все еще ее хотел. Чертовщина.
— Ладно, — я сделал широкий жест ладонями, на секунду отлепив их от рулевого колеса, потому что автомобиль делал уже верных сто десять миль по трассе. — Ориентирую, агент.
Алиса вся подобралась, сгруппировалась, будто именно сейчас, на несущейся по дороге машине, на нее намеревались напасть сотни наемников Синдиката.
— Нашей главной задачей является нахождение способа выбраться отсюда, верно? — задал я риторический вопрос. Алиса кивнула. — И не просто выбраться, а по возможности сохранить в целости все жизненно важные органы. Корпус не одобряет калек на службе и почему-то отказывается выплачивать им компенсации. А между тем, в настоящий момент за всей нашей безумной ватагой идет охота. Точнее, в первую очередь за тобой, мы-то уже после увязались.
— Это еще почему?
— Так ведь автобус-то мы взорвали, — пояснил я, невесело скалясь. — В автобусе ехали стандартные мертвые души, направленные в преисподнюю — бандиты, пираты, убийцы, насильники и проститутки. Среди них, само собой, была и ты, хоть пока и непонятно, в каком именно качестве.
— Спасибо, ковбой — комплимент так комплимент…
— Всегда рад оценить тебя по достоинству, дорогая моя… Словом, Харона мы хлопнули, большинство душ упокоили, в результате чего адская приемка недосчиталась кругленькой суммы, и теперь очень на нас обижена. Вывод?
— Мистер Свет вышел на тропу войны? Ты уже написал завещание в мою пользу?
— Мистер Свет — это фигура, масштаб которой еще оценят когда-нибудь наши потомки. А может, предки, не знаю. Он не будет сам заниматься поисками, глупости какие. Но младший заместитель его шестого ассистента, возможно, поговорит к кем-нибудь из верхних боссов Города-минус-один… после чего жить нам может стать совсем кучеряво — и нам четверым, и тебе тоже.
— Я думала, вы договорились зарыть томагавк войны — я помню, в бар приходила Весна, она же работала с ним…
