«Привет, пожиратель лимонов!
Папа сказал, что ты его лучший клиент за всю карьеру, и не стыдно уйти на покой с таким делом в послужном списке. Когда он узнает, что ты — это тот самый ты, с которым мы в школе окна били, его точно удар хватит! А может, и нет… Да и не отпустят его на покой, я вижу. Он аж помолодел!
Мама постоянно строчит что-то Лунатику, кажется, скоро, сама начнет книжки писать. Лишь бы готовить не забывала…
Я зашел к твоим, типа узнать, куда ты пропал. Твоя тетя плохо выглядит, плачет, когда тебя вспоминает, говорит, мол, до чего несносный мальчишка, а без него никакой жизни нет, и не пишет, гаденыш. То есть ей даже не передали ничего! Я объяснил, в чем дело, она чуточку успокоилась, а потом обозлилась. Я бы на месте директора не попадался ей под горячую руку! Да там вообще все по тебе скучают, даже Дадли. Он мне сказал: „Вот бы сейчас хороший спарринг с Гарри устроить!“ Это, кажется, признание твоих талантов…
Насчет крестного. Дело явно мутное, да еще нехилое бабло на кону. Надо свидетелей искать. В тюрягу на свиданку тебя вряд ли пустят, верно? Это плохо… Ведь не просто же так он дернул за тем парнем! Мучай сам-знаешь-кого. Твоей башке от пары пробирок ничего не сделается, а он может что-то помнить.
П.С. Рад за тебя!»
«Привет, яблоневая плодожорка!
В который раз повторяю, что отец у тебя просто супер! Но мы ему пока не скажем, кто его таинственный клиент, вдруг он расстроится? Думал на какого-то миллионера, а тут, блин, соседский пацан!
Мама твоя отжигает так, что только держись! Луна показывала мне предложения, которые она ее отцу пишет, тот сам в шоке. Чую, скоро будет уже совсем весело!
За тетю я директора лично пришибу. Он же обещал, что сообщит ей! Ты это, будь другом, как письмо от меня получишь, заходи, говори, что все в порядке, мне ее жалко очень. Дядя переживет, конечно, а она все-таки волнуется… Дадли дай леща, скажи, что от меня. Приеду — лично вручу, раз ему так охота!
Пойду попробую сам-знаешь-кого расспросить. Боюсь, честно говоря, не убил бы сгоряча, это он с виду кремень, а если разозлить — может и пристукнуть.
П.С. Я-то как рад! Мне теперь можно драться! Сразу же разбил нос Рыжему. Как я по этому соскучился, ты бы знал! Просто тренировки с ребятами — не совсем то…»
— Сэр, разрешите задать вопрос?
Когда Поттер так начинал разговор, следовало насторожиться, но Снейп устал настолько, что проворонил опасность. Тем более, что последнее время мальчишка был тише воды ниже травы и вопросами не доставал, будто чуял что-то.
— Да?
— Вы ведь знали друзей моего отца?
— Знал… — скривился профессор. — С самой худшей стороны.
— А рассказать можете? — Поттер снял очки и смотрел в упор, твердо и очень серьезно.
— Мне неприятно об этом вспоминать.
