— Могу еще за шиворот напихать, — невозмутимо сказал Гарри. — Очень отрезвляет. Ну как, мы вам мерещимся или что?
— Я… — Беллатрикс вдруг встряхнулась, вытерла мокрую руку о простыню и попыталась сесть. Сестра хотела помочь ей, но та решительно отстранилась. — Если ты — Гарри Поттер, я хочу поговорить с тобой наедине.
Присутствующие обменялись тревожными взглядами.
— Она и без палочки может проклясть, — сказал Сириус.
— Не надо, Гарри, — попросила Нарцисса, прижимая к себе Драко.
— Поттер, это дурная идея, — фыркнул Снейп.
— Ну если ей так хочется, почему нет? — ответил тот. — Вы же будете за дверью. Мы ненадолго, я думаю.
Оставшись наедине с Беллатрикс, он внимательно всмотрелся в ее лицо. Так же внимательно смотрел с портрета директор Блэк, все это время хранивший гробовое молчание.
— Почему ты зовешь меня тетушкой? — спросила она.
— Потому что мы родственники, но связь очень замысловатая. Но если вы против, я буду называть вас миссис Лестрейндж, — пожал плечами Гарри.
— Помоги мне сесть, — велела Беллатрикс, помолчав, и тот осторожно поправил подушки. —
— Я знаю. Не вышло.
— Ты в курсе, что это такое? — она подняла левую руку. Метка выглядела темной, темнее даже, чем у Снейпа, наверно, из-за очень бледной кожи.
— Конечно, — пожал плечами Гарри, опять дотронувшись до метки и испытав то же чувство, что и прежде. — И давно уже.
—
Директор Блэк на портрете прикрыл лицо рукой.
— Я не знаю, как и когда, но
— Мир содрогнется, — кивнул Гарри и вдруг ляпнул: — Тетушка, вы так не волнуйтесь, я пока вместо него.
Шен, которую он протащил в больницу, специально надев великоватую мантию (а как еще спрятать двухметровую змею?), высунула голову из его рукава, легла на грудь Беллатрикс и потрогала языком ее лицо.
— Спасибо, милая, — сказал ей Гарри, — а теперь спрячься, пока не засекли.
— Тетушка, не теряйте сознания, — аккуратно встряхнул Поттер Беллатрикс. — Вы нам нужны здоровой и в трезвом уме. Приходите в себя, лечитесь — тут вам вон ваш предок поможет, я его напротив приклеил, — а потом мы уже побеседуем, хорошо?
— Да… — обморочным голосом произнесла та. — Поттер?! Быть такого не может!..
— Может, может… — фыркнул Гарри и подмигнул портрету. Тот явно собирался пропесочивать Беллатрикс, пока той окончательно не поплохеет. — Сириус! Я думаю, нам уже можно идти. Видите, тетушка отключилась?
«Привет, яблоневая плодожорка!
Такие вот дела. Спасибо, тетку вывели из коматоза, она, конечно, еще совсем плоха (ну ты прикинь, больше десяти лет на баланде!), но уже поадекватнее прежнего, так что к зиме ее выпишут… та-дам! К крестному. Павлинша отказалась наотрез (боится за мелкого), вторая сестра вообще не в курсе, по-моему, так что остался бедный мой пёс. К тому же у него дом под такими чарами, что никто не отыщет (круче, чем у моих было), ей там самое место. Крестный рад так, что аж… гм… я даже слов таких не знаю! Но отказать не может, ей иначе одна дорога — в приют какой-нибудь, а в нашем семействе это нонсенс. Уживутся уж.
Кстати, летом крестный зовет меня к себе, хоть на недельку. Ты со мной?»
«Привет, пожиратель лимонов!
Ну хорошо уж то, что жива и на свободе. И в своем уме (надеюсь).
В гости — это заманчиво, но, приятель, эта тетка меня не ухайдакает? Я же не волшебник!»
«Йо, яблоневая плодожорка!
Не бойся, хозяином там крестный, а у тетки даже палочку отобрали. Она и так может колдануть, я уверен, но не рискнет. Давай, а? Мне без тебя скучно ужасно, но и с крестным тоже пообщаться охота!»
