Молниеносный взмах палочкой и в цель, которой избрала наиболее безобидного на мой взгляд Пожирателя — невысокого обрюзгшего человека — Хвоста, понесся сверкающий луч. Хвост, а я теперь знала, что это Питер Петтигрю, сдавший своих друзей, Джеймса и Лили, Волдеморту, и возненавидела еще сильнее, не сообразив защититься с помощью чар, отскочил вбок.
— Ты жалкий трус, Петтигрю! — не выдержав, крикнула я с презрением. — Предавать ты умеешь, а как доходит до битвы, дрожишь, сложив лапки!
Его глаза расширились в изумлении.
Яростно взвизгнув, Белла сорвалась с места и побежала на меня. Казалось бы, самообладание у меня кончилось давным-давно, однако вместо того, чтобы удариться в панику, я рванулась навстречу. И когда между нами оставалось всего ничего, Белла все-таки затормозила, иначе столкновение было бы неизбежно.
Это промедление спасло меня: рядом внезапно возник… Рон. Никто, и даже я сама, опомнится не успел, как он схватил меня за руку и бешено взмахнул палочкой, так что послышался звук рассеченного воздуха.
— Трансферум Экстра!
Меня рывком затянуло в пространство, и спустя мгновение я стояла вместе с Роном совсем в другом месте.
— Рон… — только и смогла произнести.
— Не сейчас, Вики, — перебил он и потянул за собой. — Нам нужно освободить Гарри.
Я замолчала, лишь повертела головой, осматриваясь. Мы оказались в большом, конечно же, полутемном помещении, похожем на прямоугольный амфитеатр. Сердце болезненно сжалось: я узнала эту комнату. Она приснилась мне в начале августа, как и Сириус, лежащий возле арки…
Арка… Да, она стояла здесь, внизу на платформе…
Словно под гипнозом, позабыв, что нужно спешить, я приблизилась к краю самой верхней ступени. Глаза отыскали странное сооружение, состоящее из невысокого каменного возвышения и стоящей на нем арки, в проеме которой висела черная штора.
Но вот из-за арки показались несколько человеческих фигур, и оцепенение спало с меня.
Гарри! Там был Гарри!
Я устремилась за опередившем меня Роном и, рискуя скатиться кубарем вниз, торопливо начала спускаться по крутым каменным ступеням. Не достигая пола, свернула вправо и побежала по третьему ярусу. На другой половине зала сражался против троих Пожирателей Гарри. Он уворачивался от заклятий и посылал их в ответ, но все-таки сдерживал атаку Долохова, Амикуса и Алекто Кэрроу. Непонятно как, но сдерживал. И несмотря на это чудо, я почувствовала, насколько Гарри устал.
Держись, Гарри, я иду к тебе!
Выпрыгнув из-за арки, я налетела на стоявшего ко мне спиной Долохова.
— Импедимента! Ступефай! Получай, ублюдок! — заорала, когда тот виртуозно изобразил падающий самолет.
Рон в свою очередь атаковал Амикуса Кэрроу, но тот, в отличие от Долохова, почти сразу развернулся и с ходу рубанул палочкой. Моей палочкой!
Рон отпрыгнул в сторону. Гарри занялся одной Алекто.
— Ну, давай, Поттер! — крикнула в азарте она, посылая заклятие за заклятием. — Не советую отвлекаться.
И именно в этот момент, когда Гарри все-таки ослабил внимание, посмотрев на меня, он пошатнулся от попавшего в руку луча.
Вскрикнув, я вскинула палочку, собираясь проучить Алекто. Но, перепрыгивая через лежащего Долохова, неожиданно споткнулась: это он, очнувшись от краткого забытья, схватил мою ногу в районе лодыжки. Я грохнулась на пол, едва успев смягчить падение выставленными вперед руками. Из ладони вылетела палочка и покатилась к платформе. Отбрыкиваясь от Долохова, я растянулась во весь рост вслед за палочкой
Оставалось каких-то пара сантиметров, пальцы скребнули по воздуху, и… На ладонь опустилась чья-то тяжелая ступня. Сверху послышался каркающий смех Амикуса Кэрроу. Пронзительная огненная боль вспыхнула сначала в кисти, в которой раздался отчетливый хруст, а потом растеклась до локтя. Я не смогла сдержать крика, пытаясь выдернуть руку.
Боже, как больно…
Когда препятствие исчезло, мне пришлось забыть о палочке и подтянуть руку к себе. А вот Долохов не дал этого сделать. Не выпуская моей ноги, он прижал меня к полу, лишая возможности нормально двигаться и дышать. Прижимая поврежденную кисть к груди, я оперлась другой рукой о пол и снова сделала попытку отползти. Не получалось… Долохов был слишком силен и тяжел.
— Отпусти меня… — сквозь зубы прошипела я, безуспешно стараясь дотянуться до него.
В забывчивости вытянула правую руку и боль снова обожгла ее. Из горла вырвался стон. Мне ни за что не спихнуть с себя Пожирателя…
От накатывающей, как прибой, боли мне стало дурно. Пол перед глазами уплывал от меня, становясь черной бездной.
Каким образом Долохов убрался с меня, я не уловила. Просто он перестал давить на спину, и воздух беспрепятственно проник в легкие. Не до конца веря в свою свободу, я села на колени. А услышав знакомый голос, оглянулась.
По каменным ступеням мчался Сириус, за его спиной черным флагом развевалась мантия. А вслед за ним, не отставая, бежала Гермиона.
Откуда они здесь?
Пошатываясь, я немедленно поднялась на ноги. Но вместо того, чтобы кинуться им навстречу, затопталась на месте, выискивая свою палочку.
