- Спасибо, что выслушал, – он хотел сказать «береги себя» или «удачи», но почувствовал, что сейчас сорвётся и дёрнулся к лестнице.
Он поспешно спускался по ступенькам, не оборачиваясь. Сердце стучало, как в преддверие инфаркта. Щёки горели, немного вело, как пьяного. Дим вылетел из подъезда, со второго раза попал в кнопку зажигания двигателя и рванул с места. Он вдруг почувствовал, как по щекам потекли слёзы. Нервы, это всё нервы. Надо взять себя в руки. Сейчас, когда он увидел своего мальчика, он понял как всё серьёзно. Люди говорят «глубоко засел в сердце». В это долбаное, бесчувственное сердце. Он до сих пор чувствовал запах Густо, такой тонкий аромат то ли его тела, то ли шампуня, чёрт его знает. Но этот запах вызывал в Диме такой фонтан воспоминаний, эмоций и, теперь, тупой боли. От того, что он никогда больше не поцелует эти красиво вырезанные, капризные губы, никогда не прижмёт к себе это тёплое, жилистое тело, не услышит этот хриплый смех. Эта была та самая необъяснимая фигня, называющаяся любовью. Все гадают, что это такое, задаются вопросами, как её распознать, но сомнения отпадают, когда ты вдруг чувствуешь её. Ты не можешь ошибиться. Сама любовь может изничтожить, иссушить, опустошить человека. Но ещё страшнее – любовь безответная. Это ад, муки той самой призрачной души, несравнимые с муками тела. От неё нет спасения...
Итак, словно в притче, проклятие Густо было исполнено. Жизнь отыгралась на Диме, вонзив свой карающий меч в самое уязвимое.
Дим зашёл в пустую квартиру. Прошёл в спальню и упал на кровать, не раздеваясь. Он будет жить дальше. Будет ходить на работу, заботиться о родных, теперь уже по-настоящему, ценя их общество и любовь. Он будет преданным другом. Возможно, станет верным партнёром тому, кто захочет разделить с ним жизнь. Хотя болезненная пустота на сердце не давала надежды на подобные перспективы. С этими мыслями Дим провалился в глубокий, болезненный сон, и даже петарды, разрывающиеся за окном, не смогли разбудить его.
Зато смог настойчивый звонок мобильного. Телефон лежал рядом на покрывале, освещая голубоватым светом тёмную комнату. Дим принял звонок и с удивлением понял, что слышит в трубке тот же грохот от петард, что и за окном.
- Алё?
- Дмитрий Викторович, с Новым годом! Это Володя с охраны звОнит, – прокричал в трубку охранник с въезда на территорию их дома.
- Да, Володя, спасибо. И вас с Новым годом, – сонно откликнулся Дим, удивляясь такому неожиданному поздравляющему. Что у них, плановый обзвон жильцов, что ли?
- Тут к вам друг пришёл, – счастливо сообщил охранник и было слышно, как он переспрашивает мимо трубки. – Как? - и опять в трубку, - Господин Гостев. Ой, нет… Как? Густов!
Дим вскочил с кровати, глядя в окно, будто высматривая своего гостя на улице перед шлагбаумом. Он отчётливо услышал знакомый хриплый голос, повторяющий свою дурацкую кличку охраннику.
- Пропустите! – отчаянно закричал Дим, мечась по комнате. – В смысле, пожалуйста. Пропустите его, пожалуйста.
- Ага, – согласился Володя. – Пропускаю. С праздничком!
Дима забегал по квартире, включая свет, раскидывая вещи по местам, закидывая бесхозную одежду в шкаф. Он подбежал к зеркалу, ужасаясь своему виду. Мятое со сна лицо, взъерошенные волосы, горящие глаза. Будто убежал от стаи волков. Плюнув на вид, Дим, кинулся на кухню, включая чайник и начиная метать на стол всё, что было в холодильнике. Руки тряслись, как у первокурсника перед экзаменом. Резкий звонок заставил вскрикнуть, и Дим понял, что нервы совсем отказывают. Подойдя к двери, Дим открыл её, затаив дыхание.
Густо стоял на пороге, держа в руках бутылку Советского шампанского.
- Живой? – хитро улыбнулся гость, наклоняя голову набок. – А то ускакал от меня, как псих перед суицидом.
Дим моргнул, кивнул и нескладно махнул рукой, приглашая Густо в дом. Тот прошёл в коридор, гордо вскинув подбородок и оглядывая пустую квартиру.
- Ты что, один? А как же гости и настольные танцы? – парень заулыбался пуще прежнего.
Дим уловил запах алкоголя и понял, что красавец навеселе. Он так перенервничал, что не сразу взял протянутую ему бутылку шампанского, глядя на неё, как на военный снаряд.
- Да что ты чумной такой сегодня? – Густо-таки всучил ему бутылку и начал стягивать с себя куртку, одновременно вылезая из ботинок. – Ты часом, не под наркотой, а?
Дим замотал головой и наконец выдавил из себя:
- Я так рад… Ты пришёл, – и от души улыбнулся своему мальчику, чувствуя, как тиски, сжимавшие его сердце последние месяцы, наконец начали отпускать.
Густо закатил глаза, махнув на него рукой.
- Ну, а когда я не приходил? На тебя надежды никакой, всё на мне, – и он гордо проследовал на кухню, мимоходом обтеревшись об Димино плечо.
Дим как успел, приласкался к проходящему Густо, проскользив своей щекой по чёрным волосам. Он мог поклясться, что этот момент был самым счастливым за всю его бестолковую жизнь. Дим проследовал за дражайшим гостем на кухню и кинулся разливать чай. Густо сидел на «своём» стуле, положив локти на стол.
