– Я не нашел ни одной пары, которая была бы вам впору. – Мерик разгладил свою манишку. – Пока придется ходить босиком. Выдержите?
– Да. – Хабим упорствовал в том, чтобы Сафи и Ноэль закаляли свои ноги в непогоду и много ходили босиком, и теперь их ступни были достаточно мозолистыми, чтобы ходить даже по раскаленным углям или по очень горячему песку.
Мерик проворчал что-то похожее на благодарность, и жестом указал Сафи, чтобы она присоединилась к нему за столом.
Она села, но для уверенности – с противоположной стороны. На удобном расстоянии от мечей – на случай, если мир снова превратится в козье дерьмо (как это неоднократно случалось в последнее время) и Сафи придется сражаться со всем кораблем.
– «Яна» здесь. – Мерик указал на карте место с помощью небольшого кораблика, точной копии «Яны». Как намагниченная, лодка скользнула по бумаге и застыла рядом с восточным побережьем Яданси.
– Мы плывем сюда. – Мерик повертел пальцами, – удивительно изящными, хотя и огрубелыми, – и легкий ветерок подул в паруса миниатюрной «Яны».
Она скользнула по карте, пробежала мимо трех других крошечных суденышек и остановилась напротив скопления островов.
– На Сотне островов есть город, называемый Лейна, и я собираюсь оставить вас там. Мы отплываем завтра.
– Сотня островов, – мягко повторила Сафи. От этого названия в ее груди вспыхнула надежда. Дядя Эрон отправил их именно туда, куда они с Ноэль хотели попасть. Конечно, это не могло быть просто совпадением…
Это не было совпадением. Магия Сафи подтвердила, что это истина.
Казалось, Эрон отправил ее в Лейну с какой-то целью, но он понятия не имел, каким важным было его решение.
Сафи пыталась не выдать себя, но ее ноги не могли устоять на месте.
– Кто поручил меня отвезти?
– Марстокиец в ливрее Хасстрелей. Почему-то ваша семья хочет, чтобы вы попали в Лейну как можно скорее. Я понятия не имею, почему, поскольку город почти вымер, но оплата была слишком хороша, чтобы отказаться от этого дела.
Сафи едва слышала его слова – она зацепилась за фразу о марстокийце в ливрее Хасстрелей. Хабим. На секунду она представила, как он разговаривал с ней тогда – в карете, разгневанный и встревоженный.
Потом вспомнила, как видела его в последний раз – он помогал ей бежать, а потом исчез за стеной пламени.
Несмотря на всю злость на Хабима и Мустефа за то, что они позволили дяде Эрону самозабвенно врать ей на протяжении всех этих лет, она все еще молилась о том, чтобы эти двое пережили ту ночь целыми и невредимыми. Чтобы ведун Крови не сделал им ничего плохого.
А дядя Эрон может гореть в озере Инан за все, что он сделал.
Ее взгляд резко обратился к Мерику.
– Какова оплата за то, что вы меня доставите на место?
– Если я доставлю вас в целости и сохранности в Лейну, получу торговое соглашение с Хасстрелями.
– Что? – ноги Сафи перестали притоптывать. – Наше поместье умирает, фермеры полуголодные, и у нас не осталось денег.
– Любой договор, – сказал Мерик, сжимая челюсти, – лучше, чем то, что в настоящее время есть у Нубревены. Если я могу заключить договор с одним карторранским поместьем, то я сделаю это.
Сафи рассеянно кивнула, уже не слушая. Когда Мерик заговорил о контракте, его глаза указали на сложенный документ на краю стола. Конечно же, это был контракт с Эроном, – и Сафи прочтет его, как только Мерик выйдет из комнаты.
В этот момент ее желудок заурчал. Она поморщилась и схватилась за живот.
– А как же еда?
Мерик ответил с насмешкой:
– Вы недостаточно наелись на балу?
Сафи прищурилась, удивленная улыбка появилась на ее лице. Но она тут же поблекла. Потом совсем исчезла. Бал и нубревенские «Четыре шага» были целую жизнь назад.
Как будто читая ее мысли, Мерик тоже перестал улыбаться. Он повертел свой воротник.
– Я… не знал, что это будете вы, донья. Если бы я знал, тогда, на балу, я бы… – Он пожал плечами и задумался. Его мысли сильно запутались. – Думаю, я забрал бы вас на «Яну» и спас нас обоих от лишних хлопот и траты времени. Но ваше имя не фигурировало в контракте, пока я не ушел с вечеринки. Тогда я не знал, что вы донья фон Хасстрель.
Сафи без удивления кивнула. Эрону она была нужна на балу в качестве правой руки, чтобы отвести подозрения, и его план никогда бы не сработал, если бы Мерик не забрал ее прочь так стремительно.
Наступила тишина, Мерик обратил свое внимание на карту. Сафи изучала его – она ничего не могла поделать. Хотя она знала, что Мерик, должно быть, такого же возраста, как Леопольд, но он казался гораздо старше. Его плечи были широкими и сильными, его мышцы – тренированными, а его кожа, потемневшая на солнце, – шершавой. Между бровями застыла треугольная складка, будто он привык хмуриться.
Мерик со всей серьезностью взял на себя обязанности принца и адмирала. Сафи не нужна ее магия, чтобы знать об этом.
Внезапно ее охватил страх. Она не хотела, чтобы Мерик пострадал от афер ее дяди. Насколько она знала, они оба были просто марионетками в дядиных руках. Оба были просто картами таро, которыми играли против их воли.
Теперь она смотрела на Мерика как на союзника. По крайней мере, пока.
