Агата выстрелила в колокол ещё раз, напоминая тварям об источнике звука, и гомон взвился. Вопя и крича, нечисть начала забираться на ближайшие дома и нужные Маре сараи. Заранее подпиленные балки не выдерживали и обрушивались, придавливая других упырей. Агата бросила взгляд в сторону княжеского двора, – она намеренно подняла так много шума не только ради привлечения внимания нечисти, но и чтобы позвать богов. Если они здесь, то пришло им время прийти на выручку. А если звуки их не привлекут, то свет должен. Следующие стрелы Агата обмотала пропитанной в масле тканью, подожгла от факела и выпустила в солому и деревянные постройки. На последнем выстреле, наблюдая, как пламя пожирает дерево, Агате стало немного совестно за уничтожение столь древнего города, но, увидев, что плотно столпившейся нечисти некуда бежать от пожара, она выпустила стрелу, поджигая очередное здание, и бросила факел в соседнее.
Агата огляделась; все улицы были заполненным мертвецами, поэтому она разбежалась и перепрыгнула на соседнюю крышу, потом – на следующую, передвигаясь поверху. Пламя взвилось, чёрный дым столбом повалил вверх. Горящие упыри разбегались, поджигая своих же товарищей, тем самым стремительно распространяя пожар. От визга нечисти хотелось зажать уши. Одни продолжали бежать к колокольне, пока другие пытались убраться от огня, но не могли из-за столпотворения. Кто-то из мертвецов горел, другие были затоптаны, третьи лезли по головам собратьев, делая мешанину из тел более ужасающей.
Крыши закончились. Агата, запыхавшись, замерла на краю последней. Необходимо пересечь улицу и дальше по крышам. Тварей внизу было не так много, чтобы не справиться, но, скорее всего, они её заметят и бросятся следом. Не имея других вариантов, она спрыгнула сперва на шаткий навес, а следом на улицу. Коротким мечом Мара разрубила двоих покойников и, не останавливаясь, бросилась к зданию напротив; как и ожидалось, некоторые полезли на крышу за ней. Агата перепрыгнула на следующий дом, радуясь, что лишь четверо противников сумели перемахнуть расстояние, остальные рухнули обратно в переулок между.
С четырьмя она могла бы справиться мечом, но не стала рисковать, крыши на пути были хлипкие, часто косые и не позволяющие спокойно принять бой. Пришлось убегать. Прыгая со следующей крыши на другую, Агата неловко приземлилась и, подвернув ногу, растянулась на покатой поверхности, благо она была крепкой. Мара успела откатиться, когда один из упырей неуклюже прыгнул и врезался головой. Удар его немного притормозил, Агата вогнала кинжал ему в шею и выдернула, разрывая последнюю нить. Пинком отбросила тело на другого забирающегося по стене упыря, и они оба рухнули вниз.
– Что за… – Агата поднялась и уставилась на устроенный ранее пожар. Точнее, на его отсутствие.
В небо валил густой дым, но языки пламени исчезли, словно ещё минуты назад тот не поглотил с десяток домов стараниями Агаты.
Кожа покрылась холодным потом, по спине прошла волна дрожи. Ответов у неё не было, да бесы с ними: свою задачу она выполнила, Александр, Илья и Лела уже должны были пройти ворота. Агата развернулась и, прихрамывая, побежала дальше. С подвёрнутой ногой прыжки с одной крыши на другую стали более неловкими, один раз она чуть не промазала, но вовремя уцепилась за край, привлекая внимание упырей внизу.
Кряхтя, Агата подтянулась и ускорилась, чтобы сразу оторваться от возможного преследования. Ворота виднелись впереди, голова кружилась, Агату то и дело покачивало, ноги от каждого прыжка подламывались. Приземлившись на следующую крышу, Мара вскрикнула и провалилась сквозь сгнившие балки. Она пришла в себя от удара спиной об пол. С губ сорвался протяжный стон, небо виднелось не только в проёме, но и сквозь пол верхнего этажа, тот обвалился не из-за неё, а когда-то раньше. Агата закашляла, пытаясь перекатиться на бок, но грудная клетка отозвалась резкой болью так, что все мышцы онемели. Мара тяжело задышала, дожидаясь возвращения чувствительности. Приподнявшись на локте, осмотрела ноги: переломов не видно. Крик застрял в горле, когда прямо сверху рухнул упырь, а за ним другой. Прыгать они нормально не умели, поэтому упали как есть, один сломал себе руку, грузно приземлившись рядом, второй то ли позвоночник, то ли ещё что: подняться не смог, начав извиваться как змея, чтобы подобраться к Маре.
Она до сих пор плохо чувствовала тело. Агата ударила себя по бедру кулаком и зашипела сквозь стиснутые зубы, болью ускоряя возвращение ощущений. Онемение медленно спадало. Нечисть со сломанной рукой поднялась, но опять упала: сверху на мертвеца рухнули другие упыри. Это дало мгновения передышки и двух новых противников. Агата выругалась, уцепившись за прохудившиеся перила, подтянулась, встала, но трясущиеся ноги плохо держали.
Кинжал? Где кинжал?
