Экран ожил так неожиданно, что я непроизвольно отступил назад. Блуждающие разноцветные фрагменты быстро сложились в смуглое лицо азиатского типа, темнеющее над чёрной рубашкой и галстуком. Улыбнувшись, лицо преобразовалось в лицо европейской женщины, чуть состарилось, и в конце концов передо мной возникла светловолосая тридцатилетняя женщина в строгом деловом костюме. Выбрав идеальный облик для общения, отель одновременно пришел к выводу, что я все же не умею говорить по-японски.
— Добрый день, сэр. Добро пожаловать в отель «Хендрикс», основанный в 2087 году и существующий поныне. Чем мы можем вам помочь?
Я повторил просьбу, перейдя на амеранглик.
— Благодарю вас, сэр Можем предложить несколько номеров, все полностью подключенные к информационной и развлекательной системам города. Будьте добры, укажите ваши пожелания относительно размеров и этажа.
— Мне бы хотелось номер в башне, с окнами на запад. Самую большую комнату, какая у вас только есть.
Лицо удалилось в угол экрана, и его место заняла изометрическая проекция отеля. Быстро пройдясь по номерам, селектор остановился в одном углу, вытащил увеличенное изображение выбранного номера и покрутил его со всех сторон. Сбоку появилась бегущая колонка текста.
— Номер-люкс в башне, три комнаты, спальня размером тринадцать целых восемьдесят семь сотых метра на…
— Отлично, беру.
Изометрическая проекция исчезла словно по мановению волшебной палочки, и весь экран снова заняло женское лицо.
— Сколько суток вы у нас пробудете, сэр?
— Пока сказать не могу.
— Необходимо внести залоговый депозит, — робко сказал отель. — Для проживания на срок более четырнадцати суток требуется сумма в шестьсот долларов ООН. В случае преждевременного выбытия до истечения вышеуказанного срока соответствующая часть депозита будет возвращена.
— Отлично.
— Благодарю вас, сэр. — По тону голоса я заподозрил, что клиенты, расплачивающиеся за проживание, для отеля «Хендрикс» являются чем-то диковинным. — В какой форме вы собираетесь платить?
— Код ДНК. Счёт в Первом колониальном банке Калифорнии.
По экрану побежали подробности оплаты счета, и гут я почувствовал холодный металлический кружок, прижатый к моему затылку.
— Это именно то, о чем ты подумал, — произнес тихий голос. — Одно неверное движение — и фараоны будут несколько недель соскребать со стен твои размазанные полушария. Я говорю о
Я подчинился, чувствуя, как по спине, от того места, где к затылку было приставлено дуло пистолета, разливается непривычный холодок. Мне довольно давно не угрожали настоящей смертью.
— Вот и хорошо, — продолжал тот же тихий голос. — А сейчас моя помощница тебя ощупает. Стой спокойно, и никаких резких движений.
— Пожалуйста, введите свой код ДНК с помощью клавиатуры под экраном.
Отель связался с базой данных Первого колониального банка. Я терпеливо ждал, пока стройная женщина в чёрном, с лицом, скрытым горнолыжными очками, обходила меня со всех сторон, ощупывая с ног до головы ворчащим серым сканером. Пистолет, приставленный к затылку, не шелохнулся. Дуло уже не было холодным. Тепло моего тела нагрело его до более интимной температуры.
— Он чист. — Другой резкий, профессиональный голос. — Основы нейрохимии, но пока не действуют. Железа нет.
— Вот как? Значит, путешествуешь налегке, Ковач?
Моё сердце, сорвавшись из груди, рухнуло куда-то в район желудка. До этих слов я надеялся, что имею дело с обыкновенными грабителями.
— Я вас не знаю, — осторожно промолвил я, поворачивая голову на пару миллиметров.
Пистолет дернулся, и я замер.
— Точно, не знаешь. А теперь слушай, что будет дальше. Мы выйдем на улицу…
— Время ожидания запроса кредита истечет через тридцать секунд, — терпеливо сказал отель. — Пожалуйста, введите свой код ДНК.
— Мистеру Ковачу не понадобится забронированный номер, — сказал стоявший за спиной мужчина. Он положил руку мне на плечо. — Пошли, Ковач, мы тебя прокатим.
— Без внесения депозита я не могу разместить вас в отеле, — произнесла женщина с экрана.
Я уже начал разворачиваться, но что-то в её голосе меня остановило. Поддавшись внезапному порыву, я разразился хриплым кашлем.
— Какого…
Нагнувшись вперед в приступе кашля, я поднес руку ко рту и облизал большой палец.
— Какого черта ты задумал, Ковач?
Резко распрямившись, я хлопнул ладонью по клавиатуре. На матово-чёрном приемнике появились брызги свежей слюны. Через долю секунды ребро мозолистой ладони врезалось слева в мой череп, и я свалился на четвереньки. Получив ботинком в лицо, я сполз на пол.
— Благодарю вас, сэр, — сквозь звон в ушах услышал я голос отеля. — Ваш запрос обрабатывается.
Я попытался встать, но получил второй удар ногой — на этот раз по ребрам. Расплата за причиненное беспокойство. Кровь из носа брызнула на ковер. В затылок снова упёрлось дуло пистолета.
— Зря ты решил умничать, Ковач. — Голос прозвучал чуть менее спокойно. — Если надеешься, что полиция выследит, куда мы тебя отвезем, значит, оцифровка стёрла твои мозги. А теперь вставай, живо!
