Вифлеемская Звезда полностью

Навещал сестру. Она заявила, что няня-мама читала им сказки и играла с ними в шашки. Ева научила играть в «пстрички», а потом они строили небоскрёб из шашек. Затем придумали свою игру, наподобие каких-то мухлюйских турецких шашек (в смысле игры, а не оружия). А затем строили из шашек строения на подоконнике, чертили линию карандашом, за которую надо было их выбить, и стреляли в них оставшимися шашками по технике из “пстричек”. В конце устроили настоящую войну и стали перестреливаться из-за кроватей. Ева — только белыми, а Лена, почему-то, какими хотела. Попали в Настю или, по-местному, в “Туручу”, она настучала на пост и пришла няня-мама, отругала их и забрала такую интересную и многофункциональную игру. Того и гляди может летательный аппарат из них бы собрали. Ещё она рассказала, что они ходили на разведку в мальчишечью палату, где у тамошних туземцев за одну ручку и жменю кукурузных палочек выменяли пачку чипсов с рёбрышками барбекю. Попросила маме это не сообщать, иначе к ним поставят дозор. А ещё соревновались в армрестлинге с каким-то Денисом, но результаты она умолчала. Поговорили о вечном с тётей на посту, после чего она их прогнала, ссылаясь на проеденную плешь. По словам Елены, Ева пошла тогда раскручивать Дениса на вкусности своими женскими штучками. Сама же Лена осталась в палате и попыталась узнать, чем больна Туруча. На контакт та не пошла, поэтому было скучно, зато избежала конфликта с участием Евы и Дениса. Раскрутчицу депортировали назад в палату и пригрозили, что если их поведение не улучшится, то из комнаты можно выходить будет только под конвоем. А потом Елена сказала, что очень хочет домой.

“Активные, на редкость, тараканы”. — подумал после долгого монолога Сергей.

Ему после первого рисунка захотелось нарисовать Инессу в вечернем платье, как из относительно давнего блаженного сна. Решил добавить ей венецианскую карнавальную маску, а вокруг, какие-то таинственные чертоги. Непонятно, что делал бы Сергей, если бы у Инессы был патент на свою внешность. Но её красота — достояние общественности. Не её собственность, но она ответственна за поддержание своего тела в достойном состоянии, чтобы угодить обществу, в котором она живёт. Любой имеет право нарисовать её, обклеить все стены её фотографиями, носить одежду с её лицом, и что она ему сделает? В интернет не выкладывает, значит, ничего противопоказанного не делает.

Вышло очень даже не дурно. Наверное, именно этот он ей и подарит, хотя, как знать, может получиться ещё лучше?

Он помещал удачные этюды в папку и оставлял на столе.

Одним прекрасным днём он вернулся, как и обычно, из школы. Хотел сесть за уроки, но, к удивлению, обнаружил в комнате Елену с загипсованной рукой, смотрящей мультики.

— Ты уже здесь?

— Ага, — ответила сестра.

Сергей без праздничных речей уселся за стол, достал алгебру, историю, всё как положено, но спохватился, что художественной папки то нет. Он тут же посмотрел в своей шуфлядке. Да. Она там, но он помнил, что оставлял на столе.

— Это ты переложила папку в мою шуфлядку?

— Да, она мне мешала, я её к тебе запихнула.

— Смотрела внутрь? — дёрнуло спросить его.

— Нет, а что, ты нового дракона нарисовал, покажешь?

Сергей бегло проверил распорядок этюдов, дабы проверить честность сестры. Кажется, и вправду не заглядывала, а то бы увидела! Как был недорисованный чёрный дракон, так и остался. Он от безысходности показал ей. Она сказала:

— Этого я видела, а новый?

— Он ещё не дорисован. В процессе. — по-студенчески ответил брат. Спрятал заветную кладезь в шуфлядку и занялся науками.

Через недельку он снова спросил домашнее задание у Инессы по биологии. Она, как и обычно, скинула фотографию и параграфы, через где-то три часа. А затем впервые написала второе сообщение за один раз, и, судя по всему, последний. Она попросила спрашивать домашнее задание где-нибудь в другом месте, потому что она занята, и ей не всегда удобно отвечать.

Сергея это неприятно огорчило, но он как истинный джентльмен, написал: “Хорошо, всё равно спасибо”. Он понимал, что у отличницы-олимпиадницы-фортепианистки свободного времени будет поменьше, чем у него, но неужели настолько? Или он ей надоел спрашивать домашку? Сергей так и не понял этого, как и не понимал, почему она не приняла его заявку в друзья.

Что же, сложности только подогревают азарт, особенно если игра стоит свеч. А она стоит не только их.

Перед тем, как излить душу,

убедитесь в том, что «сосуд» не протекает.

Бернерд Шоу