Мария выругалась. Позер! Какое чистой?! У них ни одной сети в арсенале! Тем временем порождение попыталось достать вигила, тот среагировал недостаточно быстро и её когти оставили кровавые полосы у него на боку. Тварь радостно оскалилась и издала булькающий клекот. Девушка не теряя времени выводила формулу удержания. На такую мразь понадобится прорва энергии. Она зашептала, помогая себе пальцами, и накинула на инфицированную формулу, когда та почти вцепилась в горло Росцию. Монстр словно налетел на стену, а потом забился с неожиданной силой. Квинтиус вцепилась в нити до кровавых полос на ладонях и перекачивала по ним энергию, удерживая порождение.
— Давай, Клавдий! — крикнула она мужчине, который что-то не торопился с извлечением темной стороны из твари.
Наконец он закончил приготовления и дальнейшее Мария наблюдала практически затаив дыхание. Вигил использовал не одну, а как минимум три формулы, чтобы инфицированная не пострадала. Каким образом они не конфликтуют, девушка так и не поняла. Одна формула находила темную сторону, вторая вытаскивала её, а остальные помогали не погибнуть порождению. Самый тонкий момент. Будешь извлекать слишком медленно и мрак вцепится в жертву, чтобы уже не отпустить, поторопишься и покалечишь человека. Работа Клавдия была поистине ювелирной. Он уверенно отделял черноту как раз в ключевой момент, словно чувствуя нужную точку. В итоге через полчаса вспотевший мужчина опустил дрожащие руки. Напротив него в траву рухнула черноволосая девушка из местных. Мария на всякий случай просканировала окружение и убедилась, что кроме пойманной больше порождений нет.
Бывшую инфицированную одели в рубашки Клавдия и Гая. Вигил бережно пристроил её перед собой на лошади слегка кривясь от ран в боку. Посланный им навстречу из поселения отряд они встретили на полпути домой. Легионеры во все глаза смотрели на бессознательную девушку, её лицо украшали татуировки, часть из них распространялась на руки и ноги, а по плечу шли еще и шрамы. Возможно, черная вязь непонятных символов являлась письменностью её народа, может, какими-то знаками. На вид жертве прорыва было не больше восемнадцати. Широкое лицо со слегка приплюснутым носом, черные брови вразлет. Бессознательная и всклокоченная, дикарка тем не менее оказалась красива какой-то дикой и завораживающей красотой. Мария успела рассмотреть лежащую на земле девушку пока перевязывала Росция, фигурой дикарку боги не обделили, и это может стать проблемой.
Солдаты всю дорогу косились на девушку, но так и не решились что-либо спросить у вигила. Уж больно у того было серьезное лицо. По приезду сразу отправились к префекту, который уже подготовился для составления заключения. Легионеров попросили из приемной, бесчувственную дикарку положили на софу.
— Вот ведь проблема на наши головы, — нахмурился Пекорис разглядывая её. — Вы знакомы с процедурой, — он оглянулся на вигилов позади себя. — Начнем, пожалуй.
Он положил на стол бумагу, которую тут же принялся споро заполнять, указывая дату и место обнаружения инфицированного. В таком случае закон империи однозначно опирался на экспертизу вигила. Тому следовало установить, был заражен человек в итоге своих собственных действий или оказался не в том месте, не в то время. В первом случае следовало наказание — смертная казнь, во втором зависело от участия инфицированного в создании прорыва и других частностей, в случае невиновности его просто отпускали. Другое дело, что оставшихся в живых инфицированных с такой степенью поражения Мария, наверное, не могла припомнить даже из описаний в учебниках. Её наставник сотворил настоящее чудо и она была полна решимости вызнать у него все подробности использованных им формул.
Тем временем префект закончил записывать за Клавдием обстоятельства обнаружения порождения и попросил того проверить, каким образом заразилась дикарка. Сосредоточенный Росций пробормотал нужную формулу, снабдив ту необходимым жестом, словно накинул покрывало на пострадавшую. Эфир всколыхнулся, пронзил инфицированную и сложился над ней в серое туманное полотнище, где проступил силуэт мужчины со странной прической на голове, в одной руке тот держал нож, а второй сжимал шею жертвы и в конце видения раскроил ей грудную клетку.
— Вы все видели. Её принесли в жертву, — пояснил увиденное Клавдий.
— Прошу вас обоих засвидетельствовать это, — префект внес данные в заключение, расписался, приложил печать на браслете и повернул бумагу к вигилам.
Первым поставил свою подпись Росций, потом приложил бумагу к клейму на руке, следом за ним то же сделала Мария. В конце Пекорис снова приложил браслет к заключению и убрал тот в сейф, после чего сел в кресло и нахмурился.
— Надо решить, что с ней делать, — префект потер морщинистый лоб скрюченной ладонью. — Они точно не будут её искать, Клавдий?
— Не думаю. Предполагаю, что инфицировалась она случайно из-за того, что не умерла вовремя, и они поспешили избавиться от порождения, когда она вошла в силу.