И тут Лось совершил ошибку. До этого он действовал правильно, переведя интегратор в пассивный режим, а вот сейчас испугался, что его бронекостюм развалится под мощными ударами кулаков, щедро напитанных энергией, и врубил магическую плату на полную мощность. Ошибка привела к закономерному результату. Интегратор вырубило напрочь, и на несколько секунд противник замер. Сервоприводы, завязанные на магическую плату, тоже отказали. Не теряя времени, с особенным удовольствием провожу двоечку в правый и левый бока (там шипов не было), потом коленом по бедру, беспощадно калеча сервопривод, и ещё одну двоечку в то место, куда уже прилетали мои кулаки. Броня самым банальным образом разлетелась по швам, заклёпки брызнули серебристыми каплями по ристалищу. Последовал ещё один удар, и Лось, как подрубленное дерево, грохнулся на спину. Я даже через звуковой фильтр услышал невероятный вой трибун.
Дождавшись, когда главный арбитр с растерянным лицом подойдёт ко мне и объявит победителем, я взмахом руки подозвал Ворона, чтобы он помог мне снять перчатки и шлем.
— Господин судья, как понимать наличие запрещённого вспомогательного оружия? — я показал на Лося, которого сейчас пытались освободить от брони, иначе такую махину не поднять. — Это что за цирк? Ворон, фотографируй его.
— Княжна уже сняла на телефон весь бой, — успокоил меня товарищ.
— Успокойтесь, юноша, — судья пришёл в себя, видимо, выслушав рекомендации по гарнитуре связи, которая виднелась у него в ухе. — Дополнительные средства защиты и нападения разрешены для боёв со вчерашнего дня. Если вам не сообщили о нововведениях, обратитесь в арбитраж, или к кураторам по установленной форме.
Что это за установленная форма, я понятия не имел. Можно было и промолчать, всё равно победил, но как представил, что шипы повреждают движки — едва в ярость не пришёл.
— Вы должны были проинформировать меня!
— Господин Волхв, обращайтесь к кураторам, — судья нервничал, и хотел как можно скорее покинуть арену. Всё же перед ним стоял не простой юнец, а представитель княжеского рода. Впрочем, для «Железной Лиги» это был не аргумент. Она старалась держать за причинное место всех, кто хоть раз связался с ней. Поэтому мои потуги давить статусом вряд ли всерьёз запугали судью.
— Обращусь, не переживайте, — я резко развернулся и направился к выходу. Ворон поспешил за мной.
Бой мы проводили в Прокшино, в том же ангаре. Обычная практика для устроителей боёв. Если точку не засветили, её использовали как можно чаще, но я уверен, что где-то ещё уже подготовили запасное ристалище. Что-что, а маневрировать с помещениями «Лига» умела.
Когда я ополоснулся и оделся, в бокс ворвался профессор Колыванов. Он выглядел раздражённым и одновременно растерянным. Откинув полы пальто, мужчина присел на ящик, в котором мы перевозили броню, и воскликнул:
— Ну как же так, Андрей Георгиевич! Вы меня разочаровали своим упрямством и нежеланием пойти навстречу весьма серьёзным людям!
— Вы о сделке? — я приложился к бутылке с минералкой, сделал несколько глотков, чтобы удалить неприятную сушь в горле. — Что вы так нервничаете? Просто мне не понравилось ваше предложение. И я решил поступить по совести: не пошёл на сделку. О чём и сообщил задолго до самого боя.
— Да какая совесть, юноша? — поморщился Колыванов, постукивая тростью по носку ботинка. — Здесь другая планета, понимаете? Со своими правилами, отношениями, договорённостями. Если вас
— Безобразии? — я вздёрнул бровь. — Ни хрена себе, прошу прощения за мой великолепный французский! О каком безобразии вы говорите? Что против меня выставили человека в броне с дополнительными атакующими атрибутами в виде металлических шипов, едва не погубивших мой дорогостоящий бронекостюм? Или о том, что нагло предлагали представителю княжеского рода взятку за слив? «Железная Лига» — не общество любителей мягких игрушек, я понимаю. Но для меня личная репутация дороже всякого желания любой ценой остаться здесь, — я притопнул ногой по бетонному полу. — Думаете, я не знаю, ради чего этот цирк был устроен? Лось представлял интересы «Экзо-Стали», и проиграй я бой, в армию пошли бы бронекостюмы, один из которых я играючи сломал. Вы хотите, чтобы русские воины погибали на поле боя из-за недоработок инженеров этого концерна?
Колыванов побледнел.
— Но каким образом…
— Узнал? — нахально перебил его я. — А сами как думаете? Неужели я после такого предложения поленился бы собрать всю возможную информацию?
— Княжна Голицына?
