— Я не в измене тебя подозреваю, а в дурости, которую ты творишь! — рявкнул Мстиславский. — Как-то интересно получается, Кирилл, что мелкие дворянчики, подравшиеся с Мамоновым, вдруг оказываются убитыми и закопанными в лесу, как безродные ублюдки. А третьего, по которому тюрьма плачет, свитские твоего сынка искали по всей Москве. Зачем? Мне снова государеву волю применять?
— За что?
— Угомони сына. Посади на цепь, или отошли его к чёртовой бабушке, чтобы перестал баламутить светскую молодёжь. Почему до сих пор не сыграна свадьба с Натальей Турчиновой?
— Девка дурит, оттягивает бракосочетание, — как-то жалко оправдался князь Куракин.
— Всё самому делать приходится, — проворчал император. — Значит, так. Следствие вышло на человека из вашего Рода. Именно он занимался контактами с ЧВК «Корсары». Я уверен, ты его знаешь, даже если сам не давал прямой приказ. Он должен исчезнуть. Навсегда. Далее: женишь в скором порядке Алексея и отсылаешь его с молодой женой в Витебск. Там же ваше поместье? Пусть наводит порядок, а заодно прощупает ситуацию с местной аристократией. Чем она дышит, какие настроения… Поживёт там годика три-четыре, а потом можно и обратно в Москву. Надеюсь, к тому времени дурь из башки выйдет. Гусаровым возместишь разгром, который учинили наёмники. Я подумал, что виру нужно провести через финансовые структуры, как помощь от властей Москвы. И тебя не засветим, и людям приятно.
— А мальчишке снова приз? — горько усмехнулся князь Куракин, осознав, что император ловко использовал его незавидное положение, и ещё больше повысит свой авторитет, помогая Гусаровым. Ещё и в газетах осветит этот момент. Везде в выигрыше.
— Ты про Мамонова? — усмехнулся Мстиславский. — Даже не знаю, что делать. Он же на Алексея зуб точит. Представь, в одиночку пятерых наёмников раскидал. Двоих насмерть, а троим руки-ноги переломал. Это уже не тот мальчик, которого можно было пинать и оскорблять. Теперь Андрейка сам кого хочешь в бараний рог согнёт. У вас же «Фармия» выпускает огромную номенклатуру лекарственных препаратов? Вот и сделай доброе дело, преподнеси в дар пару фур с лекарствами и медицинским оборудованием для клиники, в которой сейчас лежит раненый телохранитель Мамонова.
— Я бы мог Целителя послать, — буркнул Куракин, лихорадочно обдумывая, что ещё потребует государь. Ведь правы были его братья, когда пытались дать укорот Алёшке. Парень и в самом деле почувствовал себя вершителем судеб, перестал смотреть по сторонам. Как только появлялась возможность, кусал этого Мамонова. И дела с иностранной ЧВК вёл он через одного боярина, связанного вассальной клятвой с Куракиными. Живёт он в Амстердаме, представляя «Фармию» в Европе. Поэтому ГСБ не может предъявить свидетеля сговора. Не достали его ещё, а значит, надо торопиться и зачищать концы. Намёк императора был недвусмысленным. Ему даётся время. Выполнив волю Мстиславского, Куракины остаются чистыми и дальше продолжают вести свои дела и богатеть. Алексея и в самом деле нужно отправить подальше. Здесь сейчас будет опасно. Люди князя Георгия уже прибывают в Москву. Альянс начинает свою деятельность, и против него идти гибельно.
— Не нужно Целителя, — покачал головой император. — Для тебя это не вира, а всего лишь меценатство. Ещё будешь купаться в лучах обожания.
— А сливки снимешь ты, государь.
— Конечно, — кивнул Иван Андреевич, расслабленно поведя плечами. — На то я и император, заботящийся о своих подданных. Зато пытаюсь закрыть неприятную историю, в которую вы почти двумя ногами влипли. Согласись, размен справедливый.
— Справедливый, — нехотя произнёс Куракин. — Скажи, государь, а почему бы сразу не вызвать меня на аудиенцию и сказать всё это в Зарядье? К чему спектакль?
— Чтобы ты проникся, Кирилл, — улыбнулся Мстиславский, пытаясь скрыть хищный блеск в глазах. — В России никто не застрахован от сумы и от тюрьмы. Нагадил — будь добр убрать за собой дерьмо. Ты умный человек, князь. Надеюсь, в будущем у нас не возникнет противоречий, а встречаться мы будем только по хорошему поводу.
— Так я свободен?
— Конечно, — император встал и протянул руку Кириллу Владимировичу, которую тот пожал с чувством облегчения. — Не забудь пригласить на свадьбу сына.
Он стремительным шагом покинул кабинет, а вместо него вошли двое сотрудников ГСБ и дежурный офицер, объявивший, что проводит князя Куракина до КПП, где его ожидает личная охрана.
Кирилл Владимирович вернулся домой в странном раздрае. С одной стороны, он кипел злостью на весь мир, а с другой — испытывал радость, что остался на свободе, и удастся выйти сухим из воды. Можно сказать, весь Род Куракиных едва к ногтю не прижали. А виновным себя он не считал. Грешок с наёмниками тяжёлым грузом висел на душе, это правда. Но ради сына Кирилл Владимирович пошёл на сделку с совестью, и уже хотел брать вину на себя, но всё вышло куда лучше, чем он предполагал.
— Алексей дома? — спросил он дворецкого Харитона, встретившего его в парадной.
— Так точно, Ваша Светлость, — склонил седую голову пожилой мужчина. — Он в бильярдной с друзьями.
