— Скажу так: первые за двадцать лет.
— То есть, вы ярый противник раздачи подобных привилегий?
— Да, и никогда не скрывал этого, — честно ответил Брюс. — Диковы не единственные, кто получил Алтарь в те годы. У Куракиных в подчинении около сотни мелких и безземельных дворянских семей. Из них сейчас пестуют инициированную Стихию пятнадцать родов.
— Пятнадцать? — я был поражён. — У моего отца ни один вассальный род не имеет Источника. Это же бесконтрольное распространение одарённых! Закон геометрической прогрессии знаете?
— А ты соображаешь, — улыбнулся Александр Яковлевич. — Наш император, кстати, тоже не стремится раздавать привилегии своим верным слугам.
— Но как же тогда Мстиславским удаётся поддерживать нужное количество одарённых?
— Это секрет Рода, — Брюс вздохнул и поднялся с кресла. — Не имею права разглашать его.
— Отдел «К», — уверенно ответил я.
— Не знаю, говорю тебе. И тебе не советую гадать.
— Но вы же в этом участвуете?
— Я же главный чародей России, — улыбаясь, развёл руками господин Брюс. — Я ответил на все твои вопросы?
— Как мне быть с Диковыми?
Александр Яковлевич молча пересёк кабинет несколько раз, а потом остановился передо мной и сказал:
— Хочу показать тебе одно место. Собирайся, съездим. Кстати, можно воспользоваться твоей машиной?
— Конечно, места хватит, — я был заинтригован, куда меня приглашает главный чародей.
Изольда Юрьевна даже привстала с места, когда увидела одетого Брюса, выходящего вместо со мной из кабинета.
— Александр Яковлевич, ждать вас сегодня? Что передать, если кто-то вас будет искать?
— Я скоро вернусь, — успокаивающе махнул рукой её хозяин. — Все звонки перенаправляйте к Полухину. Если что-то
— Хорошо, я поняла, — секретарша грузно опустилась на стул. — Охрану вызвать?
— Нет, спасибо. У нас небольшая экскурсия здесь неподалёку.
Судя по всему, господин Брюс не очень любил охрану, поэтому категорическим тоном приказал дежурному не давать сопровождение, так как у него уже есть телохранители «вот этого молодого человека». И показал на меня.
На КПП я сдал жетон, так как возвращаться сюда не намеревался. Когда Брюс сел в «Фаэтон», с интересом огляделся.
— Очень комфортный салон, — признался он, поёрзав на диване. — Чем-то с «Хорсом» схож.
— «Хорс» — автомобиль представительный, — решил вставить свои пять копеек Никанор. — Ему положено быть лучшим.
— Заметная машина, — кивнул Брюс. — Я имею в виду этого «американца». Посоветовал бы приобрести что-нибудь поскромнее, чтобы меньше в глаза бросался. По городу перемещаться по мелким делам, к примеру. Учитывая периодически происходящие с тобой проблемы, эта хороший выход.
— Волков бояться — в лес не ходить, Александр Яковлевич, — парировал я. Мне машина нравилась, а количество проблем не зависело от того, на чём я ездил. — Кому надо, найдут и без тачки.
— Ну гляди, герой, — усмехнулся Брюс.
— А куда едем-то? — спросил Никанор.
— Езжай до Устьинской набережной, а потом я скажу, куда точно, — чародей с видимым удовольствием откинулся на мягкую спинку дивана и даже прикрыл глаза.
Мой водитель уткнулся в планшет, проложил маршрут, почесал затылок и аккуратно развернулся. Мотор урчал мягко и убаюкивающе. Да к тому же наползающие сумерки погрузили салон в приятный полумрак. Только приборная доска светилась уютными изумрудными огоньками шкал. Я обернулся и увидел следующий за нами микроавтобус, выехавший из ворот Коллегии. Всё-таки охрана решила подстраховать нас. У неё свой протокол действий, не зависящий от прихоти главного лица. Положено охранять — будь добр выполнять.
Никанор быстро сориентировался в переплетении улиц, и благодаря построенному маршруту с учётом пробок быстро доехал до набережной.
— Теперь через мост на Яузскую, — очнулся от дрёмы Брюс. — А потом всё время прямо до четырёхэтажного здания из красного кирпича. Там три корпуса буквой «п» стоят. Постройка старинная, ещё в семнадцатом веке начали возводить. Не ошибёшься.
И Никанор не ошибся. Он подъехал к этому зданию, скрытому за высокими разлапистыми соснами, опоясавшими высокий металлический забор. Фонари освещали пустынные дорожки, возле ворот расхаживали два высоченных лба в военной униформе. Заметив остановившуюся машину, они оба подошли к нам с короткоствольными автоматами, откуда-то появившимися в руках.
«Ещё одно силовое учреждение, — сразу понял я. — Что же Брюс хочет показать мне в этом месте? Или решил-таки арестовать?»
От такой мысли у меня неприятно свело живот. Никогда нельзя забывать, что добродушный дядюшка-чародей может в одночасье раздавить меня, как клопа. Пока я раздумывал, не рвануть ли отсюда под визг покрышек, один из охранников постучал в окошко со стороны Якима, а второй сместился левее, небрежно выставил ствол автомата вперёд, прикрывая напарника.
— Открой, — разрешил я. — Что ж так всё сложно? Лишнего шага не сделай, всё под проверку.
— Режимный объект, — подтвердил мои мысли Брюс, смеясь.
— Господа, с какой целью здесь остановились? — сунул нос в полуспущенное окошко военный.
