Поняв, что моё присутствие уже не нужно, через коридор, примыкающий к флигелю, ушёл к себе. В доме стояла тишина. Управляющий сегодня отпросился пораньше и уехал к семье на выходные. Поднялся в свои апартаменты, позвонил Арине и сказал, что планы не поменялись, готов биться. Девушка облегчённо выдохнула и пожелала удачи. И добавила, что коэффициент на мою победу начал опускаться. Ну, это дело понятное. Букмекеры уравновешивают ставки. Видимо, Вулкан и в самом деле нереально силён, что в первые дни на него усиленно грузили. А вот я подозреваю, что кураторы сейчас похихикивают, ожидая огромных прибылей. Значит, верят в молодого пилота Волхва… Да и не имею я права проиграть. Арина «зарядила» на меня целый миллион. С ума девица сошла. Если бы она была Пророчицей, я бы не волновался. Но Голицына — всего лишь обычная девушка с уникальным Даром, приносящим деньги.
Пока было время, надел на себя нательный комбинезон, чтобы потом не терять время, закинул в дорожную сумку вязаную шапочку, халат, полотенце, тапочки. Какой-никакой комфорт в полевых условиях должен присутствовать, верно? А вдруг после сегодняшнего боя негде будет вымыться? Придётся ехать к какой-нибудь речке — возле Мытищ их навалом — и ополоснуться.
Когда приехал фургон со знакомым весёлым усачом дядькой Ульяном, я спустился в тренажёрный зал, влез в «Бастион» и зашагал по коридору, сотрясая стены металлическими шагами. Маринка даже пискнула от страха, когда я пропылил мимо кухни. Помахал ей рукой и вышел на улицу. Метод погрузки уже был отработан. Я по спущенной аппарели поднялся в кузов, встал в специальный «загон», сваренный из железных трубок, раскрыл грудные пластины. Ворон с механиками помогли мне освободиться от ножных фиксаторов.
— Сами всё сделаем, — Ворон выпроводил меня наружу.
Мне-то что? Постоял на улице, глядя, как парни крепят моего экзо-красавца. Его недавно покрасили в серебристо-чёрные цвета и нанесли рисунок на передние пластины: крепкий светлобородый мужик в развевающемся плаще держит в одной руке посох, а другая его рука, сжатая в кулак, объятый серебристо-золотым пламенем, летит в лицо врага. Ворон придумал. Я же Волхв? Ну вот, и рисунок должен быть соответствующий.
Проводил группу сопровождения. Внедорожник выехал за ворота и неторопливо поехал по улице, словно дразня внешнее наблюдение, работающее денно и нощно по приказу императора. Вот не понимаю я такое наказание. Обойти его — раз плюнуть, что уже доказано. Лучше бы ударил финансово, вот это было бы серьёзно для моего бюджета. Например, государь мог заставить меня тихо и без огласки выплатить виру в какой-нибудь благотворительный фонд. А по факту в Москве ходят разнообразные слухи. Люди гадают, за какое прегрешение меня лишили свободы передвижения. Конечно, благодаря таким щелкопёрам, как Казачёв и Адамчик, кое-кто догадывается, что «русский ганфайтер» есть ни кто иной, как княжич Мамонов. Надо бы журналюгам хвост прищемить, чтобы неповадно было в следующий раз гадости всякие писать. Из- за такой «гражданской активности» может накрыться совместный проект. От Дика Трэйси, кстати, до сих пор нет никаких известий. Ладно, закончится отсидка, загляну к этим господам в гости.
Через полчаса из усадьбы выехал фургон, внутри которого находились инженер с механиками и охрана. Я же стал дожидаться сумерек, уже готовый к походу через пустырь. На мне были просторные штаны, кроссовки, безразмерная куртка с капюшоном. Подумав, зацепил на петлю, пришитую с внутренней стороны куртки, шест. Мало ли… Неспокойно вокруг меня, всякие уроды норовят обидеть, покалечить, а то и убить.
Гляжу на часы. Пора. Десять минут от моей усадьбы через пустырь, ещё пять минут по лесной тропке к дороге — как раз хватит времени. Я спустился в гостиную, где меня ждали Игорь и Корней. Оба в камуфляжных костюмах, на бедре у каждого открыто висит кобура с выглядывающей рукоятью пистолета. Правильно, господина голыми руками охранять нельзя.
— Ни пуха ни пера, Андрей Георгиевич! — сегодня даже Оксана с Маринкой вышли провожать меня. К чему бы это?
— К чёрту! — улыбаюсь я и быстро выхожу на улицу в сопровождении парней.
Беззвучно завибрировал телефон в кармане. Звонил Куан с докладом. Парни уже выдвигаются к условному месту, каждый по своему маршруту. Слежки, как и утверждали мои старшие товарищи, не было. Может, и в самом деле наружное сопровождение махнуло рукой на постоянные выезды машин? Я бы, кстати, продолжил проверки на дорогах. Неожиданный пост за поворотом, например, очень способствует разгону адреналина. Ну, да ладно, мне же лучше.
Перелезли через забор и углубились в бурьян по натоптанной тропке. Густые сумерки разбавлены светом из окон соседних особняков, но мы себя чувствуем комфортно. Нас никто не видит. Игорь без спешки топает в головном дозоре, Корней прикрывает. Парень, кажется, в восторге от происходящего. Все эти ночные вылазки, планирование операции, загадочные перемещения — ничего похожего на обычные армейские будни. Ну, так и хозяин у бойца, по сути, ещё мальчишка. С играющим в заднице детством.
