На переговоры отправился Людвиг Нобель, который тогда возглавлял товарищество «БраНобель». Но представитель Альфонса Ротшильда в России Жюль Арон на предложение Людвига Нобеля приобрести часть акций товарищества пренебрежительно заметил, что Ротшильды покупают компании, а не участвуют в них.
Я терпеливо ждал, что он мне ответит. И дождался.
– Александр Васильевич, – сказал он, – но ведь убирая компанию Ротшильда с нефтепромыслов Баку, вы тем самым помогаете «Стандарт Ойл» господина Рокфеллера – извечного соперника Ротшильдов. А вы знаете – что это за люди?
– Знаю, Эммануил Людвигович, – я действительно знал о Рокфеллерах даже больше, чем Нобель. – Мне известно и о вашем «нефтяном перемирии», подписанном в 1895 году. По нему «Стандарт Ойл» получала три четверти мирового рынка нефтепродуктов, а российские компании – четверть. Но это соглашение соблюдалось всего два года. Не так ли, Эммануил Людвигович?
Нобель вздрогнул. Он не ожидал, что мне известны подробности его тайной сделки с зарубежными нефтяными магнатами.
– Скажите, Александр Васильевич, – не выдержал он, – откуда вы все это знаете? Ведь переговоры между нами велись конфиденциально, и об их подробностях было известно лишь ограниченному кругу лиц.
– В Святом Писании говорится, Эммануил Людвигович, – пошутил я, – что нет ничего тайного, что не стало бы явным. Предприятия, принадлежащие «Стандарт Ойл», тоже, вполне вероятно, окажутся в списке национализированных. В схватке Ротшильдов и Рокфеллеров мы исповедуем принцип, высказанный бессмертным Шекспиром: «Чума на оба ваших дома».
После этих слов от изначального спокойствия Нобеля не осталась и следа. Он понял, что правительство расчищает ему поле для дальнейшей коммерческой деятельности, убирая самых опасных конкурентов. От возникших перед ним перспектив у Эммануила Людвиговича, что называется, «в зобу дыханье сперло».
А я продолжал его дожимать.
– Остается еще компания Маркуса Самуэля, именуемая «Шелл». Эта «ракушка» вскоре объединится с голландской компанией «Ройал Датч», и от транспортировки нефти из Черного моря в порты Индии и Ближнего Востока и ее переработки должна перейти к ее добыче. Но, как вы знаете, отношения России и Британии в настоящий момент довольно напряженные, и танкеры «Шелл» в самое ближайшее время перестанут закачивать в Батуме бакинскую нефть в свои емкости.
Остается еще нефтепромышленник господин Манташев, но с ним, как с подданным Российской империи, мы надеемся найти общий язык. Теперь, Эммануил Людвигович, вы понимаете открывающиеся перед вами перспективы?
Услышав все сказанное, Нобель закивал головой. По его глазам я понял, что он ошеломлен полученной от меня информацией. Но я решил немного приземлить воспарившего в своих мечтах нефтепромышленника.
– Из всего сказанного мною, Эммануил Людвигович, следует и то, что если не удастся сдержать погромщиков, то разорению подвергнутся не только ваши нефтяные вышки и хранилища нефтепродуктов, но и предприятия ваших конкурентов. А ведь они могут со временем стать вашими, поэтому их необходимо защитить от погромщиков так же, как и вашу собственность.
Тут нельзя скупиться – если это будет необходимо, следует нанять дополнительный штат охранников, повысить зарплату рабочим, развернуть кампанию в местных газетах, разъясняя всю пагубность возможных последствий. С нашей стороны к охране нефтепромыслов и предотвращению возможных беспорядков будут привлечены не только полицейские и жандармы, но и армейские части.
В самое ближайшее время в Баку будет направлена спецгруппа, которая будет координировать деятельность всех сил, которые должны будут обеспечить сохранность бакинских нефтепромыслов. Надеюсь, что ничего страшного не произойдет…
Нобель, внимательно слушавший меня, встрепенулся.
– Да-да, Александр Васильевич, – торопливо произнес он, – я не пожалею средств для того, чтобы не допустить разгрома каспийских нефтепромыслов. Можете рассчитывать на полное мое содействие. А если все будет так, как вы сказали, и большая часть участков перейдет от «Стандарт Ойл» и компании Ротшильда ко мне, то я, как подданный его величества императора Михаила Второго, постараюсь, чтобы рабочие в «БраНобеле» жили достойно и в относительном достатке…
Что же касается компании «Шелл», то я обещаю, что построю танкеры не меньшей грузоподъемности, и с их помощью буду перевозить нефть из Батума в любую точку земного шара.
Я усмехнулся. Насчет сносных условий жизни рабочих на предприятиях Нобеля мне уже приходилось слышать. Про «нефтяные городки» Нобелей на Волне рассказывали истории, похожие на сказку. Городки эти были полностью электрифицированы, рабочие имели отдельные квартиры, бесплатно лечились в больницах компании, а дети получали бесплатное образование в школах, куда их доставлял транспорт «БраНобеле». На предприятиях компании разрешалось создавать профсоюзы (!), которые строго контролировали продолжительность рабочего дня служащих.
