И началось, нас встречали. Выстрел, ухожу вправо, кувырок. Замечаю противника, он лежит на земле в маскировочном костюме. Продолжает стрелять, но это уже бесполезно, я его увидела, значит, игра началась. Разворот, перекрещиваю руки с кинжалами, одному перерезаю горло, другому вонзаю кинжал живот. Еще двое за спиной, я приседаю, и сталь плывет по его ногам, он падает, прыгаю сверху и добиваю. Парирую второго, я его знаю, мы с ним вместе тренировались, эта минута воспоминания стоит мне пореза плеча. Больше ни каких колебаний! Я ударяю направо и налево, не знаю, сколько противников пострадало в этом танце. Мне кажется, это длилось вечность и кончилось в один миг. Найдя глазами Ливса, я поняла, что не все так гладко прошло, как мне показалось.
Ливс был в крови, не знаю, была ли вся кровь его, или врага. Но раны на боку и ноге — были хорошо видны.
— Эй! Ты живой? — засуетилась над ним я. — Думаю нам надо переждать и восстановить силы.
— Нет! Сейчас пойдем дальше, только раны перевяжу. Подай сумку.
Он махнул в сторону, я двинулась туда в поисках его вещей, переступая через трупы, в некоторых я узнавала знакомых, и тогда воспоминания заполняли голову. Сердце с тоской сжалось в груди. Все же столько лет за спиной, и сколько счастливых дней осталось в прошлом. Я оглянулась на Ливса, он закрыл глаза, а руки зажимали рану. Наконец, на глаза попалось искомое. Его спортивная сумка лежала под кустом, рядом мужчина в крови, глаза его были широко распахнуты, они смотрели в небо. Рядом с ним лежал планшет, я еще раз оглянулась на Ливса, он не смотрел не меня. Планшет светился картинками, была открыта папка с досье. Я пробежалась глазами по именам, было и на меня, и на Ливса. Так же были еще какие-то люди, но я их не знаю, поэтому они не вызвали интереса. Мое досье мне знакомо. Только сейчас была добавлена еще интересная запись большими красными буквами, «Опасна, при сопротивлении убить на месте!». О как! А в заключительном абзаце значилось: «Родители погибли при странных обстоятельствах. Замешаны Тойпы». Кто они? Закрутился вопрос в голове, смогу ли я их найти.
— Быстрее, что ты там копаешься? — раздался голос Ливса.
— Иду!
Перелистываю на досье Ливса, его фото. У них было его фото? А мне не показали… Красная надпись, «Брать живым». И тут я замечаю странное слово, т. е. фамилию Тойп, Ливс Тойп.
Ток прошибает меня с головы до пят. Я беру сумку, планшет и иду на ватных ногах к нему. Я не знаю что делать. Хочу просто, что бы он был не причем. А месть? Я хочу, что бы расплата над виновными людьми, произошла. Они отняли у меня счастье расти с полноценной семьей!
Кидаю сумку перед ним, а сверху кладу планшет, приседаю, что бы видеть его глаза, и жду.
— Что с тобой? Это я, «Брать живым»? Что это значит, зачем ты мне это подсунула, это сейчас не важно, подай бинты. Я не хочу использовать силу, иначе нас сразу отследят.
Молча, перелистываю на интересный пункт о моем прошлом, показываю на него и жду реакции. Я боюсь, что не успею ничего услышать — взорвусь.
— Что ты хочешь от меня? — спрашивает он, и замечает, что там его фамилия, потом пробегает глазами по тексту, поднимает глаза на меня. И я вижу страх.
Он знает. Я встаю, все чувства, какие я испытала к нему, загоняю в угол, самый дальний и закрываю дверь туда. Достаю один из своих кинжалов. Любовь к нему бьется в запертой двери, ей оттуда больше никогда не выйти.
— Стой! — успевает он прокричать.
Ливс
Мои раны не так серьезны, но надо скорее их перевязать и двигаться дальше. Времени почти не осталось. Нарисс задерживается.
— Быстрее, что ты там копаешься? — тороплю ее я.
— Иду!
Она подходила быстро, мышцы лица напряжены, что-то кольнуло внутри, дурное предчувствие. Кидает сумку мне в ноги, и кладет сверху планшет, откуда она его взяла, и что хочет, не понимаю. Заглядывает мне в глаза, я понимаю это взгляд добывателя. Она хочет информацию, совершенно не понимаю. Ее обычно теплый взгляд ко мне так согревал, а сейчас хочется притвориться мертвым.
— Что с тобой, это я, «Брать живым»? Что это значит, зачем ты мне это подсунула, это не важно, подай бинты, я не хочу использовать силу, иначе нас сразу отследят — раздражаюсь я.
Она что-то еще нажимает и сует под нос. Почему сразу не спросить, что это за молчанка!
— Что ты хочешь от меня?
Я замечаю, что она хочет, ее фамилия, она кажется мне знакомой, но не помню откуда. Дальше есть еще фото, родители? Читаю дальше, понимаю, что мою семью и меня выставляют убийцами. Я помню этих людей, и тот день, когда мне было лет 13, они завались к нам в дом, предупреждая об опасности. Помню, как мне было страшно…
Поднимаю глаза и вижу, что она достает оружие, собралась привести приговор, прямо здесь? И это то чувство что она испытывает, так просто отняв жизнь, даже не узнав, что произошло⁈ Я в бешенстве, замечаю движение сзади нее…
— Стой! — успеваю лишь прокричать.
Она падает, ищет глазами, мои глаза, мое сердце ударяет последний раз и уходит в пятки. Огоньки пламени в ее глазах плещутся, угасая, такая красивая и потерянная. Дальше хлопок и темнота.
