– Скажи мне, Стег, а почему ты, варяг, насколько я вижу, – с Рюриком? Почему не с Трувором или Ольбардом?
– Ольбарду я уже служил, – напомнил Стег. – Да только скучно у него. И неприбыльно.
Я глянул на загадочного варяга оценивающе. Нет, неправду ты мне сейчас втюхиваешь, Стег Измор. Не в скуке дело. А в чем? И не стоит ли мне попробовать залучить Стега к себе? И его, и его людей. Ежику понятно: нет в нем преданности Рюрику. Просто совпали интересы.
– Знаю, нурманов ты не любишь… – начал я.
– Не таких, как ты! – мгновенно отреагировал Стег.
– Так, может…
Измор покачал головой, угадав вопрос.
– И почему? – поинтересовался я. – Со мной воевать весело и очень прибыльно. Можешь людей моих расспросить.
– Я знаю.
– Так в чем же дело?
– Мне на юг надо, – решился на откровенность загадочный воин. – У меня там… дела не законченные.
Судя по выражению его глаз, «дела» эти ходили на двух ногах, и как раз это Стега и не устраивало. То, что они ходили, а не кормили червей.
– А если я пойду на юг? Ты со мной?
Задумался. Но снова покачал головой.
– У тебя – не выйдет. И у Трувора не выйдет. Слабые вы. А у Рюрика может получиться.
– О чем ты? Ты же сам сказал: без нас ему даже Полоцк не взять.
– Это сейчас, – возразил Стег. – А через год-два кто знает. Рюрик – сильный князь. Умеет править. Через год-два станет еще сильнее.
– Через год-два, может, и я стану посильнее.
Загадочный варяг пожал плечами. Не впечатлился.
У меня было много вопросов к нему, но я знал: отвечать он не станет. Однако один я всё-таки задал:
– Сколько тебе лет, Стег Измор?
И он ответил:
– Двадцать три.
Так я и думал. Он не простой воин. Не из низов поднимался, хорошую базу в детстве получил. Боярский сын, княжич из побочной линии?
– Что ж, увидимся, Стег!
– Увидимся, Ульф-ярл. Надеюсь по одну сторону стены щитов.
Я кивнул и собрался отъехать, но Стег меня окликнул:
– Ярл! Я видел среди твоих человека… не из ваших. Если это тот, о ком я слыхал… Будь осторожнее.
Я кивнул еще раз. Да, с Бури надо быть осторожным. Предельно осторожным. Но не мне.
Возможно, Рюрик и пришел бы мириться, но только мы его не дождались. Трувор действовал быстро и решительно. Развернул наше воинство, прихватил с собой ту часть саней с провиантом, которая предназначалась непосредственно нам, и мы, не откладывая, двинулись вниз по замерзшей Западной Двине.
Смоленск нам отныне не по зубам. Взять его и вместе с Рюриком было нелегкой задачей, а без него – и вовсе не решаемой.
Зато был еще кое-кто, кому Трувор жаждал вернуть долг чести: конунг Клек. Тот самый дядюшка, что финансировал военную кампанию Водимира, но так и не дождался дивидендов. Это его эсты составляли ударную часть Водимировой дружины. И они участвовали в нападении на Ладогу.
Вряд ли этот Клек отдал Водимиру последние деньги. И совсем уж маловероятно, что эсты Водимира, которых мы отправили, пользуясь местной терминологией, за Кромку – вся боевая сила Клека.
Но нас почти три сотни бойцов, и с нами была Госпожа Удача. Что еще надо для победы над каким-то эстским властителем?
Мчать по речному санному пути – одно удовольствие. Мы проходили в день никак не меньше шестидесяти километров. Могли бы и быстрее, но часть времени уходила на традиционное увеселение викингов: экспроприацию чужой собственности.
Мы начали развлекаться разбоем и грабежом, как только вышли за пределы полоцкого княжества.
Грабили не всех. Подданных наших союзников, включая купцов из Нового Города, а также тех, с кем Трувор не хотел портить отношения, не трогали.
А вот остальных трясли в свое удовольствие. Не до нитки, конечно. Только самый дорогой и удобный в транспортировке товар. Ну и деньги, конечно. И, само собой, фураж с провиантом. По тому же принципу обходились и со встречными поселениями. Этакий местный вариант страндхуга[246].
Никто не рыпнулся. Местным вождям мы были не по зубам. А их князьки-конунги, которые могли бы нам навешать, не посчитали нужным пускаться в погоню, чтобы отомстить за пяток даже не сожженных, а просто обобранных деревенек. Тем более что двигались мы весьма проворно.
Притормозили только непосредственно перед будущим Рижским заливом.
Нужный нам персонаж обитал в северной его части, ближе к выходу. Земли у него были относительно небольшие, ну да ему и не нужно было много. Дядюшка Водимира жил не с земли, а с моря. И разбогател отнюдь не на торговле рыбой. Клек никому не подчинялся, включая эстского главного князя, но с соседями не ссорился. То есть дома он не гадил. Гадил вне дома.
Эти сведения мы добыли от одного встреченного купца. В дополнение к нескольким килограммам янтаря. Прочий товар, включая жизнь и свободу самого купца и его спутников, пообещали оставить в неприкосновенности, если купец будет разговорчив. И купец заливался соловьем.
По его словам, дружина у Клека была чуть ли не в тысячу человек, кораблей не счесть, стены крепости – в три человеческих роста, а сам Клек – человечище саженного размера. В ширину.
Вот что значит – настоящий авторитет.
