— Он будет сильным и хорошо сложенным, — сказала Аза. — Это я уже сейчас могу сказать. А если будет еще и остроумным, ему не понадобится королевское имя, чтобы женщины падали к его ногам. Таким был мой сын Аре, хотя его талант и принес ему беду. Женщины не могли противостоять ему, когда он им подмигивал и брал их за косы. Я сама слышала, как они признавались в этом. У него были веселые глаза и юмор, который никогда не омрачался, он был моим самым лучшим сыном, после Орма. И я молю Бога, чтобы ты, Йива, никогда не познала такого горя, которое постигло меня, когда он попал в беду из-за своего таланта любви, уехал в Миклагард и больше не вернулся.
— Мне тоже этого хочется, — сказала Йива, — хотя когда я думаю об этом, мне бы все же хотелось, чтобы мой сын умел обращаться с женщинами, а не стоял бы з их присутствии, проглотив язык и не осмеливаясь подойти.
— Этого можешь не бояться, — сказал Орм, — у него в роду было мало застенчивых.
Теперь они стали делать приготовления к празднику крещения своего сына, на который должно было быть приглашено много гостей, потому что слух о празднике прошел на многие мили вокруг. Орм пожелал, чтобы ни в чем не было недостатка, ни в хлебе, ни в пиве, ни в мясе, потому что он хотел, чтобы эти лесные люди увидели, что бывает, когда вождь открывает двери своего дома на целые три дня. Есть и пить должны были в церкви, потому что там было больше места, чем в любом другом здании. Потом, на третий день, когда все гости будут веселыми и довольными, отец Виллибальд прочтет им проповедь, после которой, Орм не сомневался, многие из них пожелают креститься.
Поначалу отец Виллибальд категорически возражал против того, чтобы пир проходил в церкви, из-за шума и святотатства, которые непременно будут сопровождать выпивку, особенно учитывая, что он недавно закончил делать свой алтарь и вырезал очень красивый крест, который стоял на нем. В конце концов, однако, те соображения, что многие души могут быть таким образом привлечены к истинной вере, пересилили его сомнения, и он согласился. Две вещи беспокоили Йиву: во-первых, она беспокоилась, чтобы пиво было не слишком крепким, потому что гости, во всяком случае многие из них, были людьми дикими, а за столами будут сидеть также и женщины; и во-вторых, она не могла решить, надевать ли ей свою золотую цепь или будет мудрее не показывать ее никому.
— В последний раз, когда она появилась на празднике, — сказала она, — скрестились мечи, а жадность к золоту в этих местах еще сильнее, чем в Йелинге.
— Я тебе советую надеть, — сказал Орм, — потому что мне хочется, чтобы мужчины видели, что ты превосходишь других женщин. А тебе будет от нее мало радости, если ты будешь все время держать ее в сундуке.
Теперь уже весь дом готовился к празднику. Варилось пиво, пекся хлеб, каждый день Орм осматривал скот, предназначенный на убой, и давал ему еще нагулять жира.
Однажды из леса, с южной стороны, показался человек с двумя вьючными лошадьми и поехал по направлению к дому, где его тепло поприветствовали и пригласили войти. Имя его было Оле, это был старый человек и в течение многих лет странствовал от дома к дому по лесной стране, торгуя шкурами и солью, поэтому его звали Соленый Оле и хорошо знали повсюду. Никто никогда не обижал его, хотя он всегда путешествовал в одиночку, так как он был слабоумным и считался не таким, как все. Но он знал все, что касалось шкур и его трудно было обмануть. Его всегда с удовольствием ждали в тех домах, которые были достаточно богаты для того, чтобы позволить себе такую экстравагантную роскошь, как соль. Здоровенные овчарки залаяли при его приближении, но он и его старые лошади не обратили никакого внимания на них. Однако, он остался у порога, отказавшись перейти через него, пока его не заверили, что священника в доме нет, так как он именно его и боялся.
— Наш священник — не волк и не медведь, — сказала Аза с укором, ставя перед ним тарелку с едой, — но в любом случае, сегодня он отсутствует, они с Раппом ловят рыбу, так что ты с ним не встретишься. Такой мудрый человек, как ты, не должен бояться священника Божьего. Но тем не менее, добро пожаловать, старый человек, посиди и поешь. Твоя соль особенно кстати сейчас, поскольку наш запас уже почти кончился, а нам ее понадобится много для праздника, если Орм хочет сделать все, как положено. Он желает, чтобы у каждого гостя была солонка, в которую он может макать свою пищу, чтобы гости могли солить не только мясо и колбасу, но и кашу, хотя большинство скажет, что это уж слишком и что даже на больших праздниках вполне достаточно масла и меда для добавки в кашу.
Старик сидел, потягивая кислое молоко, кроша в него хлеб, и качал головой при словах Азы.
— С солью ничего не сравнится, — сказал он. — Человек должен есть соли как можно больше. Она дает здоровье, силу и долгую жизнь. Она изгоняет из тела злые силы и освежает кровь. Все любят соль. Смотри!
Близнецы стояли рука об руку и смотрели на старика, когда он ел и говорил. Он взял два куска соли и протянул их детям, причмокивая при этом языком.
