Семье. Он использовал это слово, как рычаг давления, но меня было сложно заставить забыть старые обиды. Семья, которая отвергала меня, внезапно вспомнила обо мне, когда над ней нависла угроза. Я решил оставить это наблюдение при себе — пока что.
— Помощь в чем? — спросил я, выдержав паузу. — В отражении нападений? Или в борьбе с твоими врагами?
Платон улыбнулся. Не доброжелательно. Скорее хищно.
— В защите нашего наследия. Ты слышал о нападениях на тебя. Думаешь, это просто совпадение? Нет. Это часть гораздо более крупного плана. Кто-то хочет уничтожить нас. Начали с тебя, потому что ты — самая удобная цель. Молодой, дерзкий, не имеющий серьезной поддержки внутри семьи. Они думали, что убрать тебя будет проще всего.
Он сделал паузу, глядя, как я реагирую на его слова. Я сохранил невозмутимое выражение лица, хотя внутри меня росло напряжение. Его тон заставил меня задуматься о том, кто именно «они». И почему Платон говорит это именно сейчас?
— Это не личная месть, Филипп. Всё, что происходило с тобой, — часть игры, в которую мы с тобой не можем позволить себе проиграть.
Его слова звучали убедительно, но я всё равно чувствовал, что он недоговаривает. Он хотел втянуть меня в эту игру, но не раскрывал все её правила.
— Кто эти «они»? — спросил я. — И что ты собираешься делать?
Платон подался вперед, его голос стал тише, почти шепотом:
— У нас пока нет всех ответов. Но я подозреваю, что враг ближе, чем ты думаешь. Возможно, внутри нашего клана. Мы должны быть осторожны.
— И что ты хочешь от меня сейчас? — спросил я.
— Знать на чьей ты стороне, — как ни в чем не бывало, ответил Платон.
— Предпочитаю действовать самостоятельно, — хмуро ответил я. — В этой игре слишком много переменных, чтобы занимать чью-то сторону. Сегодняшняя ночь доказала, что мы все в одной лодке, но кто знает куда качнет ее в следующий раз. К тому же я не верю, в такую быструю смену риторики, — качнул головой я.
— Я и не ожидал другого ответа, — хлопнув ладонями по коленям, Платон встал. — Держи, — он протянул мне плотный конверт. — Здесь компенсация. Это только первая часть. Чтобы ты постарался хотя бы немного в меня поверить.
После того, как я забрал конверт, Платон вышел из гостиной.
Уже в комнате, куда меня проводила прислуга, я позволил себе заглянуть в него. По моим прикидкам там было около миллиона. Больше было похоже не на извинения, а на то, что он хочет меня купить.
Только вот с какой целью?
В любом случае, такая смена риторики говорила о том, что я ему нужен. Придется наблюдать как события будут развиваться дальше.
Утонув в мягкой кровати, я отрубился практически сразу. Проспал немного. Шум снизу разбудил меня, и я уже больше не смог сомнкуть глаз.
Спустившись в гостиную, я обнаружил, что там всё выглядело так, будто ночь не закончилась: Андрей и Карлик снова расселись на прежних местах. Камин медленно угасал, но в комнате всё ещё ощущалось тепло углей. Карлик уже полностью отошёл от ночных происшествий и, с видимым облегчением, возился с чайником, старательно разливая крепкий напиток по чашкам. Андрей же нервно шагал туда-сюда, не замечая ничего вокруг.
— Ты бы присел, — лениво бросил карлик, поднимая к нему глаза. — А то мне уже пол жалко. Топчешь его. Он бедный скрипеть уже начал.
— Не до шуток, — буркнул Андрей, бросив на него взгляд, полный раздражения. — Ты сам хоть понимаешь, что нас чуть не угробили ночью?
— Так и не угробили, — пожал плечами карлик, отпивая чай. — Удивительно, но мы всё ещё тут. Может, это знак? Улыбка судьбы, если хочешь.
Я молча наблюдал за их перебранкой, позволяя каждому оставаться собой. Андрей, конечно, был на грани — его напряжение чувствовалось в каждом движении. Но Натан с его лёгкостью умудрялся сбалансировать ситуацию, хотя за его беззаботностью тоже скрывались переживания.
Телефон в моём кармане завибрировал. Я вытащил его и посмотрел на экран — Кристина.
— Слушаю, — ответил я, стараясь держать голос ровным.
— Филипп, — её голос был чётким, деловым, но с нотками тревоги. — Я нашла кое-что. Ты должен это увидеть. Это… важно.
Она явно говорила на ходу, а в её тоне слышалось напряжение.
— Что именно ты нашла? — спросил я, хладнокровно проверяя её реакцию.
— Это нельзя обсуждать по телефону. Можем встретиться? У нас мало времени. Я назову место.
Я промолчал несколько секунд, анализируя её слова. Кристина не из тех, кто суетится по пустякам, но её поспешность заставила меня насторожиться.
— Хорошо. Назови место.
— Кафе «Гавань». Через час. Постарайся не опаздывать.
Она сбросила звонок, оставив меня в раздумьях. Адвокатесса была взволнована. Удивительно, что она в принципе мне позвонила. Дело должно быть связано с той нашей посадкой в тюрьму. Но почему об этом нельзя сказать по телефону.
— Что-то важное? — спросил карлик, наблюдая за мной с любопытством.
— Узнаем, — коротко ответил я.
Телефон снова завибрировал, и я уже знал, кто это, ещё до того, как посмотрел на экран. Окси. Я не спешил отвечать, но, понимая, что это может быть важно, нажал кнопку вызова.
