— Почему не понимаю? — прищурился он. — Наоборот, очень хорошо понимаю, иначе по-другому с тобой бы разговаривал. У вас, понимаешь, вонять из цоколя стало, причем часто, студенты жалуются, говорят, ты незаконные опыты проводишь. — Он смотрел с легкой усмешкой. — Но я-то понимаю, что ты еще маленький и противозаконного ничего делать не можешь. Ведь так?
Старикан припер меня к стенке. За "вонючку" нас могли всех отчислить, и дед на это намекал, говоря мне, что прикрывает меня. Доброжелатель! Я отвернулся, кося на него глазом. Мне еще рано соревноваться с такими зубрами, придется сдаваться.
— Что вам нужно, мастер? — смиренно спросил я, все равно не отверчусь.
— Вот это другой разговор! Так, малость, ты и сам это без моей просьбы делаешь.
— А поконкретнее? — Я ему все равно не доверял.
— Ты выйдешь один против десятка, — сказал он так спокойно, словно речь шла о боях с мухами.
— Мессир, это шутка? — Я оторопело смотрел на дедка, лицо которого выражало полнейшую безмятежность.
— А вчера ты что делал? — спросил он. — Не то же самое? Или ты хочешь, чтобы рядом стонали ребятки в синих мантиях?
Я понимал, что отказаться не получится, и продумывал, что из этого можно извлечь?
— Хорошо, мастер. Но у меня одно условие. — Я решительно посмотрел на него, чтобы он понял: я буду биться до конца.
— Ты меня то мастером, то мессиром называешь, — усмехнулся он. — Давай просто "мастер", мне это больше нравится. Ну-ну, продолжай, какое у тебя условие? Ты же у нас такой, дашь дилу, а взамен попросишь серебряк. — Он засмеялся, довольный своей шуткой.
— У вас учусь, — огрызнулся я. — Пусть мои вассалы идут одной командой.
— У тебя их двенадцать, а бои проходят десять на десять. Несправедливо как-то по отношению к остальным.
— Ага, или десять на одного, — съязвил я. — Пусть идут по две команды из шести человек против десяти.
— Это можно, — подумав, ответил он. — Ну, ступай на площадку, ты первый начинаешь.
Зря я поверил деду. Когда вышел на полигон, там стояло десять снежных эльфаров без Аре-ила, но с Торой во главе. Девушка сияла от счастья и лучезарно смотрела на меня. Вот это подстава!
Я недолго рассматривал "снежков" и быстро подошел к ним.
— Прекрасная Тора-ила, я понимаю, что между нами есть некоторая напряженность, поэтому предлагаю вариант. Вы меня ударите "воздушным кулаком", я упаду, а вы победите, — говорил это на всякий случай, не веря, что именно так они поступят.
— Я именно так и хотела поступить, — одарила она меня своей ослепительной улыбкой, промодулировав голосом нежные чувства. Ага, так я и поверил. Если у меня вместо сердца камень, то у снежной эльфарки — кусок льда.
Встав на свое место, стал ждать удара гонга. Бумм, разнеслось по полигону, и я ушел в ускоренный режим, дождался их атаки и исчез под невидимостью. Как можно было предположить, "воздушный кулак" направила одна Тора, а на то место, где я находился, обрушился форменный армагеддон. Горел огонь, сверкали молнии, девочки не мелочились, Витка вообще применила запредельное — "небесный молот", видать, не простила, что ее били ногами. А я опустился и запустил в них свой фирменный "бисквит с песком". Увидев гору песка, весело устремившегося к ним, они создали щит и развеяли мое заклинание. Но им его надо было создать, а я выпускал мгновенно с помощью амулета, поэтому сразу за первым полетел второй, третий, и их накрыло с головой. Я мгновенно подскочил к ним и выдернул из пыльной бури опешившую Тору.
Обнимая девушку и улыбаясь во весь рот, сказал:
— У нас ничья.
Она резко вырвалась и, размахнувшись, так врезала мне ладонью, что у меня зазвенело в ушах. Я решил упасть и скомандовал:
— Шиза, гаси сознание, — а потом провалился во тьму.
