В студии популярного ток-шоу адвокат объявляет, что умерший миллиардер оставил всё своё имущество внебрачной дочери. Только вот всё, что он о ней знает, это имя – Виктория....А где-то, не подозревая ни друг о друге, ни о покинувшем этот мир бизнесмене, живут три девушки, абсолютно разные. Три Виктории. Они отправляются на поезде в Москву на ток-шоу, и каждая из них уверена, что именно она – наследница медиамагната Соколова.Ехать в одном купе с такими же претендентками на звание богатой наследницы?! Это уже слишком!А когда ещё и законный сын миллиардера не рад их приезду. Тут и вовсе непросто будет нашим Викториям.Ну что – берём билет на поезд и следим за приключениями девчонок!
– Ита-а-ак! Сегодняшний гость в нашей студии! Встречайте! – Ведущий, сверкая белозубой улыбкой, мало того, что кричал на максимальной громкости, но и руками размахивал так, что казалось, вот-вот они у него оторвутся от такой амплитуды. – Именитый адвокат, которому доверяют свои дела практически все звёзды нашего шоу-бизнеса, да что там – политики и даже сами адвокаты, Семён Иванович Фран… Простите, Рубинштейн! В нашей студии.
Под бурные аплодисменты в студию, вытирая с лысой макушки невидимый пот, кивая в знак приветствия, вошёл мужчина. Среднего роста, ближе к ста семидесяти в сантиметрах, и по весу чуть меньше того. Не то, чтобы пожилой или, тем более, старый, нет. Вполне, как говорится: «В самом расцвете сил». Во всяком случае, Семён Иванович пользовался успехом у юных девиц. Но женат был на даме, больше похожей на Фрекен Бок. Мужчина сел на ярко-жёлтый диван, который заметно приосел под тяжестью авторитетного адвоката.
Ведущий, как только смолкли аплодисменты, тут же сделал не просто серьёзное – страдальческое лицо, тяжело вздохнул и обратился к гостю:
– Семён Иванович. Мы знаем, что вы пришли к нам некой серьёзной просьбой от вашего клиента, одного из богатейших людей страны. Во-первых, скажите нам, всей стране, – печально всхлипнул топовый ведущий одного из самых популярных ток-шоу на федеральном канале. – Развейте наши опасения. Как себя чувствует Владимир Макарович Соколов, входящий, между прочим, в ТОП-100 богатейших людей мира?
– Да. – Поёрзал на диване адвокат. – К сожалению, Владимир Макарович, действительно, скончался сегодня ночью.
По студии пронёсся громкий вздох и перешёптывания. Ведущий покачал головой:
– Как же так? Наши соболезнования.
– Спасибо-спасибо.
– А как же Никита, единственный сын и наследник нашего дорогого Владимира Макаровича?
– А вот насчёт единственного наследника. – Адвокат даже сел ровнее. – Я, собственно, почему и пришёл. Тут всё довольно сложно. Владимир Макарович успел дать распоряжение мне, как не просто адвокату, а скажем так, душеприказчику. Тут какая история… Никита Владимирович не является наследником. Точнее, что-то там ему достанется. Квартиры, которые на его имя оформлены, «Феррари», это всё остаётся. Но вы же понимаете, какая это капля в евроморе активов господина Соколова-старшего?
– А кто же тогда наследник? – в этот момент изумление ведущего было искренним.
Студия замерла в ожидании. Ведущий беспомощно хлопал глазами и оглядывался по сторонам. Он заглянул в планшетку. Там чётко написано, что гость объявит о переходе канала и прочих компаний под управление сына покойного миллиардера. Уже расписана сетка. Что следующий эфир все скорбно вспоминают ушедшего, а после – радостно поздравляют пришедшего.
Но адвокат сделал заявление, которым ошарашил всю страну. И круто изменил жизнь троих молодых девушек.
Со двора послышался звук падающего металлического ведра, крики перепуганных кур, не менее напуганной Соньки – мелкой беспородной шавки, отчаянно лающей и рвущей привязь. И знакомые маты. Тётка Лидка пришла. Как всегда, снося всё на пути. Вика встала с низенькой табуретки, выглянула в замызганное окно в деревянной голубой раме.
– Вика! – Ор соседки доносился с крыльца. Судя по всему, очередную важную новость несла. Либо на сеновале кого-то «спалила», либо кто-то коров не выгнал с утра. В Бренцово новости только такого уровня. А, ну и пьяные драки. Но это уже не новости. – Вика, едрёна вошь, спишь что ль?
– Конечно. Вот в пять утра как встала, так и сплю! – задорно крикнула Вика, молодая пышнотелая девушка с рыжими волосами, спрятанными под платок, чтобы не мешали.
На самом деле сегодня она позволила себе неслыханную, по местным меркам роскошь – встала не в пять двадцать, а в пять двадцать пять утра!
Девушка села обратно на старенький табурет и вернулась к перебиранию вишни в расставленных перед ней эмалированных тазах.
– Ты чего? – появилась, наконец, на пороге, соседка.
Отдёрнула в сторону старую тюль, чуть не наступив на неё. Впрочем, Вика бы не удивилась. Не зря ж тёть Лиду зовут «Тридцать три несчастья».
– Я ничего. Вот, варенье хочу наделать. А вы чего? Опять сплетни местные принесли?
Женщина насупилась и гордо отвела взгляд в сторону.
– Когда это я сплетни разносила?
– Да вот, на днях. Когда сказали, что Стрелков по пьяни трактор загнал в другое село за бутылку.
– Таки загнал же? – Уперев руки в бока, затрясла соседка кучерявой головой.
– Таки, не за бутылку же? – Вике доставляло удовольствие передразнивать вредную тёть Лиду. Не любила она её.
– Я к ней с новостью такой, – снова обиженно отвернулась Лидия. – Вот и не скажу тогда.
– Немного потеряю. – Вика пожала плечами, не отрываясь от рабочего процесса.
– Да? – язвительно поинтересовалась Лидия, развернулась лицом к двери, и, собираясь выходить, так же язвительно бросила. – Ну и ходи бирючкой. А я, может, отца твоего нашла.
И толкнула дверь.
