За нами зашёл один из рядовых при полном боевом обмундировании. Шлемы самых последних моделей, костюм с обновлённым ПО и автомат серии FA39. Такой я видел до этого только на чертежах, и вот он передо мной — красуется светлой полоской накопления заряда на боку, прямо над рукоятью, нивелирующей любую отдачу при стрельбе. Вершина военного искусства на сегодняшний Отсчёт, и сопротивляться восхищению бесполезно. Всё, что мне захотелось сделать, это получить такое же сиюминутно.
Нас проводили по коридорам к другому зданию. Там выдали форму, пока парадную, хоть и уже военного типа. Старую забрали, и не уверен, что я когда-нибудь её увижу вновь. По шлюзам магнитных путей мы добрались до распределительного пункта, где остатки настоящих новобранцев, а не престарелых прототипов, рассаживались по наземному транспорту. Молодняк рассортируют по базам в зависимости от итоговых экзаменов и значимости в ходе войны. Некоторые объекты обладают бо́льшим стратегическим преимуществом, и соответственно не принимают в свой состав лодырей, пусть и сдавших практический экзамен.
Главнокомандующий всё это время был рядом с нами, постоянно сверяясь со своим НОТ-СОУ-СМАРТ. Его что-то волновало, но он и словом не обмолвился. Мы так же предпочли молчать и наблюдать за ним в ожидании,
Мимо равнин, покрытых маленькими кустарниками, над полями бирюзовой растительности, через небольшие леса тонких высоких деревьев мы летели всё дальше от Города. Это сказывалось отрицательно на моём состоянии, словно я бросаю всю прошлую жизнь и лечу расставаться с нею же. Надежда на возвращение таяла с каждым метром, оставленным позади. Кашель пока не вырывался из груди, он собирался в плотный ком, чтоб однажды рвануть так, что я захлебнусь собственной кровью.
— Вас распределят по разным базам, — командующий связался с нами, завершая оформление личных дел. Мы постепенно снижали высоту, под нами расположился небольшой плац распределительного пункта, от которого идут три подземных дороги до противоположных участков планеты. — У вас будет личный состав и задание, сроки которого сформируют позже. Вся информация придёт на ваши НОТ-СОУ-СМАРТ. Ожидайте указаний от Совета. И удачи вам.
Транспорт сел, затих. Гул Плутона окутал меня. Я и забыл, каков он — мерный, тягучий, словно кто-то очень древний пытается общаться с тобой на незнакомом языке. Новая форма жгла кожу, ещё не пропитанная по́том и слишком жёсткая, чтоб поддаваться изгибам моего тела. Я выпрыгнул первым, затёкшими стопами встретив металл плацдарма. В лицо ударил прохладный ветер с частичками песка, вгрызающимися в отвыкшую от этих условий кожу. Повеяло чем-то родным, вот только это крайне коварный обман. Вскоре Плутон напомнит, что он на самом деле опасен, пусть и кишит не совсем враждебными существами.
За двумя из нас уже вышли солдаты Пурпурной армии. Это Снайперы с базы «Фрейм», на которой готовятся лучшие на планете подразделения поддержки. За одним прибыли чуть погодя, его так же увели двое Бомбардиров. Как я понял, нас не только раскидают по базам, но и прикрепят к специальному виду войск. Тут и без всевидящего ока Троебожия будет понятно, куда определят меня. Я остался последним, когда сорокапятилетнего мужчину, с которым мы успели чуть разговориться, забрали Огнемётчики. Он пожал напоследок мою руку и скрылся в подземных тоннелях, а я начинал замерзать. Командующий приказал оставаться здесь, сам улетел обратно в Город. Я не ощутил себя одиноко, внутри скользнуло чувство именно предательства. С этим не смиришься никогда, только смерть разлучает с такой ношей.
Скрипя по подземным железным путям и бередя покров планеты, за мной прибыл небольшой взвод рядовых. Их капсула выбралась на поверхность, крышка открылась с поднятым в воздух дымом. Четыре силуэта еле выкарабкались, кряхтя и матерясь на ходу. Автоматы старого поколения, броня поистёрта. Последнее неудивительно ввиду очевидного факта — рядовые всегда на передовой принимают на себя главные удары, но вот почему они держат в руках вышедшее из эксплуатации вооружение — это осталось для меня загадкой. Предвкушая неладное, я молча принял предложение сесть с ними в одну капсулу. Двое остались снаружи, достав папиросы. Знакомый красный дымок тонкой линией рванул кверху, я не успел зацепиться за его запах, наш транспорт со скрежетом вернулся на пути и пропал во тьме подземных тоннелей.
