Обстановка накалялась. Два события подбодрили арабов — гибель Трумпельдора и коронация Фейсала в Дамаске. Надо было действовать быстро. Деньги на нужды самообороны дал из средств сионистской комиссии Вейцман[5]. И Жаботинский действовал — в Иерусалиме был создан отряд самообороны численностью в 600 человек из числа сионистской молодежи. Его существование отнюдь не держали в тайне. Он маршировал, проводил учения. И евреи, и арабы это видели. Английским властям направили официальную просьбу об оружии. Власти, конечно, отказали. Это с самого начала было очень вероятно, так что пришлось заняться и нелегальной деятельностью — кое-какое оружие раздобыли. Но это было на крайний случай. В основном самооборона рассчитывала на палки, железные прутья, кипящее масло.
В это время в Иерусалиме побывал главный раввин Румынии. Он познакомился с Жаботинским. И Жаботинский его спросил, видел ли тот уже иерусалимский рассвет. «Нет», — ответил раввин. «Если так, я буду рад показать вам его», — сказал Жаботинский. Они встретились в пять часов утра, вышли на окраину города. Там в этот час проходили учения самообороны. Солнце еще не взошло, но Жаботинский сказал раввину: «Я обещал вам показать рассвет. Взгляните — он перед вами».
Город был разбит на четыре зоны, каждая со своим командованием. А главное командование размещалось в гостинице «Хьюз». Каждый боец знал, где его место в случае тревоги. Но тут была допущена ошибка: Еврейский квартал в Старом городе, то есть внутри средневековой крепостной стены, был оставлен без защиты. И не ясно, кто эту ошибку совершил. В официальной истории «Хаганы» И. Слуцкого утверждается, что виноват Жаботинский. Причем ему указывали на опасность, но он употребил весь свой авторитет, доказывая, что «традиционным евреям» в Старом городе опасность не грозит — арабы считают их своими. Все их атаки будут направлены против сионистов в новых районах Иерусалима. Наоборот, в биографиях Жаботинского, написанных его сторонниками (Кац, Надава), говорится, что еврейское население Старого города — «традиционные» евреи — сами отказались от помощи, понадеявшись на давние хорошие отношения с арабами. Боялись, что присутствие бойцов самообороны может только спровоцировать арабов. Они горько ошиблись. Где тут правда, сказать трудно.
В тот 1920 год праздник еврейской Пасхи и арабский праздник Неби Мусса[6] почти совпали. 3 апреля, как и положено в Неби Мусса, было грандиозное шествие. В Иерусалим съехались арабы со всей страны. Их торжественно поздравили Алленби и Болс (английский генерал), выделив для праздника английский военный оркестр. Все это само по себе не предосудительно, но дало арабам еще один повод думать, что англичане на их стороне.
